Кикс / Kiks (1991)

Полетаева Наталья. Русское кино: фальшивая нота, не попавшая в лузу // Видео-Асс Премьер. – 1992, № 7. – С. 14.

РУССКОЕ КИНО: ФАЛЬШИВАЯ НОТА, НЕ ПОПАВШАЯ В ЛУЗУ

Сначала я услышала голос. А исполнительницу так и не увидела. И до сих пор не знаю, как она выглядит. Это потом мне рассказали, что Инна Желанная пела в телешоу «50×50». Но для меня она пела в фильме «Кикс».

«Кикс»… Не правда ли, необычное название? Его можно объяснить двояко: на музыкальном жаргоне это означает фальшивую, неверно взятую ноту. В бильярде термин «кикс» говорит о том, что удара кием по шару не произошло, кий соскользнул.

Оба эти определения будут верны для названия новой ленты Сергея Ливнева. Фильм – о певице, о мире музыки, но здесь нет веселых шуток и фенечек «Ассы», сценаристом которой был теперешний режиссер.

Итак, «кикс». Главная героиня – певица Жанна Плавская – глубоко больной человек. Уже никто и ничто не сможет помочь ей избавиться от привычки к наркотикам. Это понимает ее менеджер, человек, который любит Жанну настолько сильно, что не может переносить ее такой, какая есть. Но и без нее ему тоже нет жизни. Поэтому вдвоем со своей помощницей (у этой героини нет имени и мы будем звать ее просто Женщина) они решают подобрать на конкурсе двойников (певица-то – известна и даже очень) похожую девушку и сделать из нее вторую Плавскую. То есть, убив первую, оставить жить за нее и вместо нее вторую.

Сколько их пересмотрено – двойников… Жребий выпадает провинциальной парикмахерше Анусе. У нее и нет ничего, кроме дороги из дома на работу да любовника-размазни, который до смерти боится свою жену.

Ануся решается, и вот она уже в Москве, обустраивается в роскошных апартаментах 27 этажа высотного здания. И только в одну комнату с железным засовом и окошком в двери – как в камере – ей заказан вход.

Тут-то и начинаются страдания молодой плоти. Стараниями Женщины, которая выступает здесь чуть ли не жандармом, «дубликат» нещадно подгоняют под «оригинал». Бег под дождем, аэробика до изнеможения и как финал – пластическая операция.

Остается всего-ничего: образ, манеры, вот уже подготовлен план убийства и слова оправдания… Но здесь и происходит осечка.

Анусе строго-настрого было запрещено входить в «ту» комнату. А какая женщина устоит против желания удовлетворить свое любопытство? Двойники встречаются.

Все случилось так, как должно было случиться. Почему же герои действуют так, а не иначе? Почему менеджер, Леонид Максимович, Ленчик, решается на убийство?

Это может быть любовь. А может быть чувство коммерсанта, делового человека – Жанна очень популярна, а известный артист, сами знаете…

Но мне все-таки кажется, что любовь. Хотя любовь не совсем в полном смысле этого слова.

Сложно представить себе Ромео, убивавшего Джульетту «из любви». Но в этой картине не только представляют, но делают. И можно понять почему.

Это – мир антиподов; мир, перевернутый с ног на голову. Ленчику и Женщине не приходит мысль, что они, убивая Жанну, могут действовать против ее воли. Они считают себя освободителями – ведь для бедной наркоманки каждый день – мука…

Разрушила всю эту хорошо отлаженную машину, которая так и катилась к намеченному, Ануся. Как в сказке по Синюю Бороду, она зашла в заветную комнату. И даже после встречи с двойником будущая «новая жена» должна продолжать жить. Ануся должна занять место Жанны под светом юпитеров и в сердце Леонида Максимовича.

Все произошло совсем не так, как ожидали двое заговорщиков. В самый последний момент Ануся пожалела Жанну. И сама оказалась жертвой. Скорее всего, даже не Ленчика и Женщины, а своих собственных желаний. Она хотела занять чужое место. Не получилось.

В то же время, она и не могла остаться жить здесь. Потому что в ней еще сохранились остатки человеческих чувств – жалость была совсем не свойственна людям антимира. Ануся пыталась стать такой же, и у нее получалось… Но не отсюда она. И не смогла до конца принять правила игры.

А Жанна? Она убила в себе – свое будущее, или в жизни – свое прошлое? Сама выбрала дни, наполненные сон-травой, как поется в песне, которая звучит за кадром и в кадре. И не хотела другого существования. Жанна такая, какая есть. И нечего вспоминать Ленчику прошлое и мечтать о будущем. Настоящее станет мукой наказания. И, возможно, в страданиях и родится душа, обретя глаза и руки.

Раскрыть полнее характеры действующих лиц помогает окружающим обстановка, костюмы, грим, цвет.

У каждого героя – свой тон.

Ленчик смотрит в прошлое, он и хочет – прошедшего – любви и здоровья Жанны; и, может, об этом ему напоминает его автомобиль – из старых, ушедших годов?

Печальные глаза, черный костюм, и проблему он решает вроде бы ту же – быть или не быть ему и его любимой. Но мир перевернут. И это совсем не Гамлет. Человек просто не понимает, не осознает того, на что он идет и что делает. Жанна осталась жива. И, возможно, для того, чтобы герой понял, что не люди являются творцами жизни.

Женщина не претендует на роль созидателя. Она всего лишь помощник. Верная тень, которая всегда чуть позади. Она – не цветная. Она – лишь предрассветная дымка, пепел сгоревшего костра. Прислониться к стене – и ее нет. Но это только кажется, что нет, неусыпное око жандарма, следящего за тем, что происходит, подмечает все.

Или почти все. Ничего не стоит раскусить простодушную Анусю. Но Жанна… Все цвета, которые смешались в Женщине, сделали ее серой, еще блещут и переливаются в Жанне. Жанна – маска. И в то же время – «Ты думаешь, я человек? – говорит Плавская Ленчику. – Я – дух!»

Ануся не смогла бы стать преемником такого духа. И это понимали все окружающие.

Поймем ли это мы, зрители? Мне, как зрителю, фильм понравился. И я без напряжения посмотрю его еще раз.

А если говорить в целом – «о чем кино»… Знает, бывает такое содержание – «коробочка в коробочке», одна за другой. Так и здесь. Кадр рождает образ, образ рождает мысль. Раз мысли, надо думать. И не вспоминать о лошади, у которой голова больше.

Надо думать о людях. И о вечном – о душе.

Наталья Полетаева

14

Абдуллаева Зара. О вреде наркотиков // Искусство кино. – 1992, № 12. – С. 35-36.

Зара Абдуллаева

О вреде наркотиков

«Кикс»

Давно хотелось «сделать» текст на сквозняке незакавыченных цитат. Но стали появляться такие фильмы. В частности, «Кикс» Сергея Ливнева я восприняла как столкновение уайльдовской игры слов – как важно быть серьезным, народной мудрости – Москва слезам не верит – и попытки поиграть в жанровое кино. Или, точнее, – как намерение решить, наконец, у нас европейскую задачу: снять авторскую и в то же время коммерческую картину.

Звезды шоу-бизнеса, их любовные и социальные страсти, наркотики, самоубийство должны, видимо, в качестве набора беспроигрышных тем привлечь широкие  трудящиеся  массы.  С другой  стороны, вся  эта   как  бы  шикарная  жизнь   разыграна   в экстравагантных конвульсиях «искусства новейшего времени», что, в свою очередь, должно уже не отпугнуть   поклонников    Фасбиндера    и    Линча. (Правда, сюжет об изнанке успеха может использоваться   и   как   ненаучно-популярное  пособие  о вреде наркотиков.)

Но, перемешав цитаты, собрав все составляющие, то есть приняв во внимание усложненную задачу режиссера, невозможно отделаться от ощущения, что слышишь «кикс» – фальшивую ноту. Претензию на создание не девственного кича, а знакомого с этикетом приличий салона. Но «Кикс» – это и деромантизация голливудского сюжета. Это писк лагерного горниста, воспитанного на «Золушке», но пересмотревшего и свой детский опыт, и мировое кино. Посему демократизм сю-

35

жета в фильме подсвечен, культурно выражаясь, декадентскими изломами, ужимками и гримасами, призванными запечатлеть тяжесть жизни и труд эстрадной артистки.

Раньше у нас был грандиозный социальный обман: «Я другой такой страны не знаю, где так вольно дышит человек». Теперь – частная эстетическая обманка. Алика Смехова и роли Жанны Агузаровой поет в «Киксе»: «… недавно была я в чудесной стране… как сказка прекрасна, как сон глубока…» Раньше лучшая жизнь пятидесятых годов была прописана в высотке на площади Восстания. Теперь – худшая – в высотке на Котельнической набережной.

Смысл таким образом состоит в том чтобы сделать все наоборот. Из мифа – антимиф, из утешения – разоблачение, из счастливого конца – несчастный. Но главное (подножка наших амбиций!), из массового искусства – квазиэлитарное. Таков расчет?

Сюжет есть, но его как бы нет: он топчется на месте, скучая в своей остекленевшей одномерности, задыхаясь в реанимационных судорогах. Сопереживание героям, как известно, суть уловка, народного кино. Но поскольку оно не дается, все прочее – в том числе и получившее репутацию поставангардистского – изготовляется с холодным, мягко говоря, носом. Мы лишены здесь возможности восхититься или посочувствовать как героине, сходящей с ума от наркотиков, так и двойнику-манекену, воспроизводящему под фонограмму штампы ее сценического образа.

Сергей Ливнев предложил Дусе Герма новой с сестричкой Любой Германовой разыграть миф-либерти в продуманных нарядах-интерьерах. Здесь одну из героинь бесконечно долго, навязчиво однообразно превращают в другую, а затем доводят до самоубийства матерый провинциальный, но и полупародийный агент шоу-бизнеса (А. Панкратов-Черный) и его подельница, как бы Эльза Кох (М. Кайдакова). Причем они доводят неизвестно какую – киксанул сюжет. Но нам жаль должно быть, конечно, обеих. В таком финале не только очевидный прокол в умении внятно, без дураков, рассказать историю, но и, наверное, умысел: «открытый финал» – как в «настоящем искусстве».

Не исключено, что картина хитрее и этой задачи. Что эта камерная социальная драма ставилась как заведомый эстетический фальшак. Что Ливнев, идя навстречу любопытству масс и всемирной отзывчивости, попросту бравирует их стереотипами, как двойники на провинциальной сцене в начале фильма – имиджем Бутусова, Агузаровой и др. Не исключено также, что фильм, претендуя на эстетические разборки, на вкус к красивому, безобразному, на чувствительность к цвету и запахам тления, на самом деле отвечает модному заказу на стиль. Или принципиальное бесстилье.

Но что здесь поистине прекрасно: старые идеологемы, устаревающие эстетические замашки и новые песни сняты на фоне немеркнущего великолепия архитектуры сталинской Москвы. Заповедной зоны Большого стиля.

36

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Яндекс.Метрика Сайт в Google+ Сайт в Twitter