Последнее метро / Le dernier metro (1980)

Последнее метро / Le dernier metro (1980): постерПолнометражный фильм (номинация на «Оскар», премия «Сезар»).

Другие названия: «Последнее метро» / «The Last Metro» (международное англоязычное название).

Франция.

Продолжительность 131 минута.

Режиссёр Франсуа Трюффо (премия «Сезар»).

Авторы сценария Франсуа Трюффо, Сюзанн Шифманн (премия «Сезар»), авторы диалогов Франсуа Трюффо, Сюзанн Шифманн, Жан-Клод Грюмберг.

Композитор Жорж Делерю (премия «Сезар»).

Оператор Нестор Альмендрос (премия «Сезар»).

Жанр: драма, мелодрама, военный фильм

Краткое содержание
1942-й год, оккупированный нацистами Париж. Бернар Гранжер (Жерар Депардье, премия «Сезар»), зарекомендовавший себя работой в «Гран-Гиньоле», принимает предложение исполнить одну из ведущих партий в новом спектакле знаменитого театра на Монмартре. Актёр, скрывающий от коллег, что является членом Сопротивления, не догадывается, что художественный руководитель, еврей по национальности Люка Штайнер (Хайнц Беннент, номинация на «Сезар»), не покинул Францию, оставив дела на попечение любимой жены и музы Марион (Катрин Денёв, премия «Сезар»), а скрывается в подвале. От успеха постановки зависит судьба труппы.

Также в ролях: Жан Пуаре (Жан-Лу Коттен), Андреа Ферреоль (Арлетт Гийом, номинация на «Сезар»), Полетт Дюбо (Жермен Фабре), Жан-Луи Ришар (театральный критик Даксиа), Морис Риш (Раймон Борсье), Сабин Одепен (Надин Марсак), Кристиан Бальто (актёр, сменивший Бернара), Ласло Сабо (лейтенант Берген), Ришар Боринжер (офицер гестапо).

Евгений Нефёдов, AllOfCinema.com

Рецензия

© Евгений Нефёдов, AllOfCinema.com, 22.02.2015

Авторская оценка 8/10

(при копировании текста активная ссылка на первоисточник обязательна)

Последнее метро / Le dernier metro (1980): кадр из фильма
Свидания с мужем

Не в пример соратникам по «новой волне» (радикально мыслящему, непримиримо настроенному Жану-Люку Годару, едко саркастичному Клоду Шабролю, смело обращавшемуся к табуированным темам Луи Малю) Франсуа Трюффо не стремился выглядеть безудержным ниспровергателем, придерживаясь взвешенных оценок политических процессов, функционирования общества в целом и человеческой природы. Как в период громогласно объявленной войны так называемому «папочкиному» кинематографу, так и позднее, когда каждый пошёл в искусстве собственным путём. Более того, если вчитаться в его восторженные высказывания о «Великой иллюзии» /1937/ и «Правилах игры» /1939/ или о «Вороне» /1943/, то несложно заметить, что в этих немеркнущих шедеврах Жана Ренуара и Анри-Жоржа Клузо киноведа-режиссёра сильнее всего восхищал всё же не протест как таковой… Не удивлюсь, если на наших зрителей, знающих о лишениях, выпавших в годы Великой Отечественной войны советскому народу, в том числе – на временно оккупированных нацистами территориях, экранные события не произведут особого впечатления. Коллизии «Последнего метро» невольно подтверждают нелицеприятные для французов выводы о том, что европейская нация, увы, проявила себя не лучшим образом, не оказав достойного сопротивления противнику (немцам), с которым двумя с небольшим десятилетиями ранее сражалась на равных. Месье Гранжер, безусловно, заслуживает восхищения, будучи не в силах преодолеть отвращение к захватчикам (вспомним, как он решает покинуть кафешантан, увидев в гардеробе гору серых фуражек) даже притом, что вынужден соблюдать предельную конспирацию. Вот только судьба Бернара (как и товарищей по воспетой Жаном-Пьером Мельвилем «армии теней») осталась по большому счёту исключением – являлась нетипичной для соотечественников, в подавляющем большинстве смирившихся с существующим положением вещей. Не думавших ни о чём, кроме элементарного выживания, даже когда, рискуя опоздать на последнее метро, заполняли зимними вечерами театры, тёплые, в отличие от неотапливаемых квартир. Что уж говорить о служителях Мельпомены!

Последнее метро / Le dernier metro (1980): кадр из фильма
Больше, чем игра?..

Пожалуй, триумф фильма, пользовавшегося огромным зрительским успехом1 и осыпанного «Сезарами», в значительной степени объясняется именно «примиренческой» позицией Трюффо. То, что обожаемый Франсуа Эрнст Любич превратил (в фарсе «Быть или не быть» /1942/) в повод для хлёсткой, не лишённой эксцентрики сатиры, показано деликатно, с вниманием к внутренним переживаниям действующих лиц, с тактичным анализом сложных взаимоотношений героев, продолжающих любить и ревновать. Это не значит, что авторы стремятся обелить коллаборационизм – и слова Люка, с ужасом читающего в газетах и слышащего по радио «философские» обоснования антисемитизма, звучат страстным обвинением, а Бернар однажды не выдерживает и заставляет Даксиа пожалеть об оскорбительной рецензии, опубликованной в официозном издании «Я везде». Между прочим, прототипами супругов Штайнер послужили Марсель Лейбовичи и его жена Маргарет Келли, упомянутый же эпизод с критиком, в конечном итоге поплатившимся за предательство, был навеян похожим инцидентом с Жаном Маре и обозревателем Аленом Лобро. Но главное, думается, в другом. Пафос «Последнего метро» носит жизнеутверждающий характер, подводя к мысли о том, что театр, как и периодически возникающий в диалогах кинематограф, способствовал самоидентификации народа, служил средством сохранения духа национальной культуры в условиях удушающего идеологического диктата. Ренуару, Клузо, Марселю Карне, Саша Гитри и другим стоило серьёзных (хотя и не сопоставимых с теми, что прилагал Люка, руководивший постановкой из подполья – буквально!) усилий, чтобы творить, преодолевая препоны цензуры и отвергая компромиссы с совестью. В широком смысле речь идёт о ежедневной битве за умы («молекулярной» войне, как сказал бы Антонио Грамши), которая, если не проиграна, рано или поздно выльется в решающий бой с оружием в руках. Трюффо не стесняется обратиться к соотечественникам с почти новозаветным (созвучным Нагорной проповеди Иисуса Христа) призывом к тому, чтобы не осуждать огульно всех, кто в тяжёлые для страны годы не оставил занятий искусством. Равно как и с настойчивой просьбой не давать поверхностных оценок чужой (например, любвеобильного Гранжера, пытающегося соблазнить Арлетт и позднее становящегося участником ménage à trois) личной жизни – не уподобляться тем, кто готовы, по Владимиру Маяковскому, на «бабочку поэтиного сердца // взгромоздиться, грязные, в галошах и без галош». Иронический эпилог, когда действие очередного (идущего уже в освобождённом Париже) спектакля поначалу воспринимается продолжением истории самих Бернара и Марион, якобы признающейся, что не смогла забыть краткосрочного романа, сводит оба пласта повествования – частный и «общественный» – воедино. Игра Жерара Депардье и Катрин Денёв в заключительные мгновения кажется особенно трогательной и пронзительной – даже притом, что остаётся игрой.

.

__________
1 – Посещаемость составила 3,38 млн. человек, и $3 млн. принесла демонстрация в заокеанском прокате.

Прим.: рецензия публикуется впервые



Материалы о фильме:
Франсуа Трюффо. Составитель И. Беленький. – М.: Искусство, 1985. – С. 232-235.
Недоверие к интервью. Беседа Франсуа Трюффо с кинокритиками Сержем Данеем, Жаном Нарбони, Сержем Тубиана // Трюффо о Трюффо. Фильмы моей жизни. – М.: Радуга, 1987. – С. 258-300.
Плахов Андрей. Катрин Денёв – истинно французская актриса // Искусство кино. – 1984, № 9. – С. 127-134.

Материалы о фильме (только тексты)

Pages: 1 2

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Яндекс.Метрика Сайт в Google+ Сайт в Twitter