Currently browsing tag

Уолтер Маттау / Walter Matthau


Говорят, Уолтер Маттау не любил, когда его причисляли к комедийным актёрам, считая (и вполне справедливо!) свой талант достаточно разносторонним и глубоким. А между тем, по свидетельству многочисленных очевидцев, никто никогда не мог понять, говорит ли артист всерьёз или в шутку, излагает чистую правду – или беззастенчиво мистифицирует. Чего только стоит знаменитый, затянувшийся за десятилетия розыгрыш Уолтера, при каждом удобном случае уверявшего, будто его настоящая фамилия – Матушанскаяски (1), Маташански или Матански!

На самом деле псевдоним Маттау (Matthau) являлся всего лишь искажённым вариантом паспортных данных урождённого Уолтера Джона Мэттау (Matthow), появившегося на свет 1-го октября 1920-го года в Нью-Йорке в семье еврейских иммигрантов из Российской империи, электрика и торговца Милтона из Киева и его супруги по имени Роуз (в девичестве – Роза Борельская), которая была родом из Литвы. Он с одиннадцати лет выступал на сцене театра, дававшего представления на идише, по окончании школы сменил несколько профессий: лесника в штате Монтана, инструктора в гимнастическом зале, тренера полицейских по боксу. Особую гордость Мэттау составила служба в американских ВВС (в одной эскадрилье тяжёлых бомбардировщиков с голливудским кумиром Джеймсом Стюартом) на фронтах Второй мировой войны, где он героически проявил себя в должности радиста-стрелка B-24, вернувшись домой в звании сержанта с шестью боевыми звёздами.

Уолтер Маттау приступил к основательному покорению профессии лицедея чуть позже, на рубеже десятилетий. Его дебют (вслед за успехами на сцене (2)) на постепенно набирающем мощь телевидении состоялся в 1950-м, в нескольких выпусках цикла «Люкс-видео театр», а на большом экране – в 55-м, в вестерне «Кентуккиец». Первые роли не принесли особой известности, хотя актёр даже успел попробовать силы в режиссуре – недорогой криминальной драмой «Гангстерская история» /1959/. Однако уже в начале 1960-х режиссёры оценили своеобразие имиджа Маттау, отличающегося демонстративной флегматичностью и язвительностью взглядов. Он оказался незаменим в обличии шерифа Джонсона («Одинокие отважны» /1962/), в качестве мошенника и проходимца, выдающего себя в «Шараде» /1963/ за сотрудника посольства, околпачивая бедную героиню Одри Хепбёрн, и пронырливого частного сыщика, помогающего в «Мираже» /1965/ потерявшему память и запутавшемуся персонажу Грегори Пека. Как следствие, до прорыва оставалось совсем чуть-чуть.

И прорыв состоялся – благодаря легендарному комедиографу Билли Уайлдеру, впоследствии, заметим, много и плодотворно сотрудничавшему с артистом! В «Азарте удачи» /1966/ произошла знаменательная встреча с Джеком Леммоном, одарившая мировой кинематограф одним из самых славных в истории комедийных тандемов, причём – достаточно новым по сравнению с прежними дуэтами (вроде Пата и Паташона или Лоурела и Харди), строившимся не на внешних различиях, а на забавном несходстве характеров и темпераментов. Партия пронырливого адвоката Уилли Гингрича, подбивающего зятя Гарри Хинкла на сомнительную аферу, принесла премию «Оскар». Ещё больше широкой публике понравились бесконечные мелкие перепалки «странной парочки» – Феликса Ангара и Оскара Мэдисона, вынужденных волею случая уживаться в одной квартире. А уж затем…

Кого только не приходилось изображать двум «звёздам»! От коллег-газетчиков (соответственно главного редактора и ведущего репортёра издания) в очередной версии классической пьесы «Первая полоса» до галереи портретов разного рода «ворчливых стариков», с огромным трудом находящих общий язык – но и, похоже, не могущих обойтись друг без друга. В общей сложности Джек и Уолтер снялись вместе в десяти лентах, а ещё Леммон осуществил постановку фильма «Котч» /1971/, где Маттау исполнил главную роль, получив вторую (3) «оскаровскую» номинацию.

Впрочем, было бы наивно и несправедливо объявлять Уолтера Маттау «несамостоятельной» знаменитостью. Он не менее блестяще выступал в романтическом амплуа, соревнуясь в остроумии и обаянии с такими самобытными актрисами, как Ингрид Бергман и Голди Хоун (памятный по советскому кинопрокату «Цветок кактуса» /1969/), Барбра Стрейзанд («Хэлло, Долли!» /1969/), Кэрол Бернетт («Пит и Тилли» /1973/), Гленда Джексон («Семейный доктор» /1978/), Джилл Клейберг («Первый понедельник октября» /1981/). В случае необходимости – преподавал урок мастерства уморительного существования на экране более молодым коллегам: от Дэна Эйкройда до итальянца Роберто Бениньи. И, наконец, блестяще справлялся с бенефисами.

Из картин, условно относящихся к последней категории, со временем обрели «культовый» статус три. В захватывающих, изобретательных и… умных боевиках «Чарли Вэррик» /1973/ и «Захват поезда «Захват поезда Пелэм 123» /1974/ Маттау пришёлся как нельзя к месту, умело разряжая атмосферу ехидными комментариями. А уж Роман Полански в «Пиратах» /1986/ позволил исполнителю, отрастившему бороду и нахлобучившему широкополую шляпу морского разбойника, вволю продемонстрировать саркастичность, в том числе с явным уклоном в «чёрный юмор». Вместе с тем – актёр не менее убедительно и ярко проявлял себя в скромных проектах (допустим, в телевизионном детективе «Инцидент» /1990/). На что ещё важнее – Уолтер Маттау вовсе не был предан забвению и в последние годы, в канун Миллениума. Он продолжал время от времени отмечаться на большом экране, по-прежнему являя собой пример неунывающего жизнелюбия и силы духа.

__________
1 – Это даже нашло отражение в титрах фильма катастроф «Землетрясение» /1974/, отмеченного колоритным «камео» «звезды».
2 – Особо выделяют постановку «Анны тысячи дней», одарившую партией восьмидесятитрёхлетнего (!) английского епископа.
3 – Третьей и, увы, последней внимание академиков привлечёт партия в «Весёлых ребятах» /1975/, где актёр составил тандем с другим комедиантом – Джорджем Бёрнсом.

© Евгений Нефёдов, 02.05.2011

Несносные медведи / The Bad News Bears (1976): постер

Несносные медведи / The Bad News Bears (1976)

Как и Рокки, проигравший по очкам, зато выстоявший все пятнадцать раундов (против чемпиона мира Аполло Крида!), «Медведи» добились гораздо большего: они поверили в свои силы – и отныне не станут терпеть снисходительного к себе отношения, пусть и в форме искреннего извинения соперников, изначально считавшихся фаворитами…

Пираты / Pirates (1986): постер

Пираты / Pirates (1986)

Ближе к финалу фильм и вовсе приобретает черты безотрадной притчи о бессмысленности, заведомой обречённости попыток перехитрить Рок, о неизбежном – рано или поздно – возвращении всего на круги своя. Чем не пример следования художником излюбленной, почти навязчивой тематике?..

Захват поезда Пелэм 123 / The Taking of Pelham One Two Three (1974): постер

Захват поезда Пелэм 123 / The Taking of Pelham One Two Three (1974)

Один из продюсеров поведал в интервью, что фильм пользовался колоссальным спросом в Нью-Йорке, Торонто, Лондоне, Париже, где подземка играет огромную роль в повседневной жизни, но не вызвал особого резонанса за пределами мегаполисов…

Землетрясение / Earthquake (1974): постер

Землетрясение / Earthquake (1974)

Марио Пьюзо ещё летом 1972-го года, наслаждаясь триумфом своего небезызвестного романа «Крёстный отец» и его блистательной экранизации, написал первую версию сценария, которую затем доработал дебютант (он тогда получил некоторую известность журнальными публикациями) Джордж Фокс…

Психодром / The Couch Trip (1988): постер

Психодром / The Couch Trip (1988)

На поверку выясняется, что доходное ремесло является сущим подарком для профессионального проходимца и тунеядца, каким безошибочно определяет Бёрнса-младшего – Беккер, по незнанию довольствующийся менее перспективной маской (маской душевнобольного)…

Джон Ф. Кеннеди: Выстрелы в Далласе / JFK (1991): постер

Джон Ф. Кеннеди: Выстрелы в Далласе / JFK (1991)

Затеянная отдельными представителями заокеанской прессы ещё в период съёмок кампания жёсткой критики (травли?) создателей кинопроизведения, равно как и злорадные комментарии слабых коммерческих показателей картины на старте, вызвали противоположный эффект…

Чарли Вэррик / Charley Varrick (1973)

Чарли Вэррик / Charley Varrick (1973)

Лощёный наёмный убийца в безупречном костюмчике и шляпе каждым жестом и произносимым словом подчёркивает ту исключительную власть, которой наделён и которую могут надеяться обхитрить разве что наивные люди – вроде прикованного к инвалидному креслу Тома…

Яндекс.Метрика Сайт в Google+