Возвращение домой / Coming Home (1978)

Дудкина Валентина. Три лица «Орлеанской девы» // Видео-Асс Экспресс. – 1993, № 21. – С. 6-11.

Три лица «орлеанской девы»

РАСТУЩАЯ ПОПУЛЯРНОСТЬ ВОСХОДЯЩЕЙ КИНОЗВЕЗДЫ БРИДЖИТ ФОНДЫ ЗАСТАВИЛА НАС ВНОВЬ ОБРАТИТЬСЯ К ТЕМЕ «СЕМЕЙНЫЕ ДИНАСТИИ НА ФАБРИКЕ ГРЕЗ» (№ 14). БЕЗУСЛОВНО, ОДНО ИЗ САМЫХ ЗНАМЕНИТЫХ ГОЛЛИВУДСКИХ СЕМЕЙСТВ – КИНОКЛАН ФОНДА. ЕМУ МЫ ПОСВЯЩАЕМ ЭТОТ НОМЕР.

У нас в России ее называли бы Женькой. Самое подходящее имя для безобразницы с тугими косичками и нравами крутого пацана. Будущий секс-символ Америки любила потертые джинсы, лихую драку с мальчишками и друзей отца. Первое помогало почувствовать свободу, второе – утвердиться в обществе (тогда еще небольшом и ребячьем), третье просто радовало сердце. Можно представить себе восторг девчонки, которая видит облако пыли на дороге и знает, что сейчас вынырнут из него два всадника в шляпах, кожаных жилетках, с платками вокруг шеи, кольтами за поясом и прочей ковбойской атрибутикой. Что будут это наверняка опять два Джона – Форд и Уэйн. Что они зайдут в дом, усядутся за стол, сколоченный из досок, над которым висит старое колесо от телеги. Что начнут играть в покер, потом один назовет другого мошенником, потом оба встанут, будут медленно ходить по кругу, резко выхватив пистолеты, выстрелят, и один упадет «бездыханный»… Вся жизнь была кино, и хотелось уходить из зрительного зала. Джейн не воспринимала ни этих великолепных гостей, ни своего отца иначе как героев самой популярной американской сказки, и поскольку вокруг была прерия, восприятие облегчалось. Она очень удивилась, узнав, что папа – актер, который любит играть и в свободное от работы время.

Кстати, о папе. Человек-легенда, «ковбой на все времена», Генри Фонда почти десять лет шел к своей славе. Бывший студент факультета журналистики, в двадцать лет он впервые попал на Бродвей и зашел в театр. Девять «заходов» за неделю – и решение принято: он станет актером, чего бы это ни стоило. Родители приняли заявление сына в штыки, отказались помогать, а ему было как-то все равно. «Увлеченный сценой», Генри был администратором, билетером, декоратором и, конечно, играл. Путешествия по провинциальным театрам окончились тем же Бродвеем, и когда пьеса «Фермер выбирает жену» со сцены перешла на экран, актеру исполнилось ровно тридцать лет. Далее -знакомство с Дж.Фордом, от трех до пяти картин в год и (уже кратко) – «Молодой мистер Линкольн» (1939), «Гроздья гнева» (1940), «Моя дорогая Клементина» (1946), «Война и мир» (1956), «Двенадцать разгневанных мужчин» (1957), «Увлеченная сценой» (1958), «Однажды на Диком Западе» (1969)… Более девяноста ролей и более сорока лет немеркнущей славы. Потомок итало-голландских эмигрантов, Генри был влюблен в Америку, с ее мифами и причудами, величием и либерализмом. И он с невероятным упорством достигал своего, брал у жизни все, что она давала (поменял четырех жен, например), то есть был стопроцентным американцем. Для тех, кто ходил в кино Генри Фонда стал своего рода ковбоем-интеллигентом, справедливым,

6

сдержанным, немногословным. Публика не прощала актеру тех фильмов, где он играл подлецов, и Фонда старательно хранил эту «маску» чести на экране. Поэтому, когда его маленькая Джейн, чуть ли не на днях закончившая школу, начала позировать для обложек модных журналов, да еще и поведала репортерам о своей приверженности принципам свободной любви, Генри воскликнул: «У меня больше нет дочери!» Но, как говорится, что выросло, то выросло, папе оставалось плюнуть на все и заняться личной жизнью, хотя бы вот развестись с графиней Франчетти.

А Джейн продолжала выкидывать свои «штучки». Нашла себе любовника. Роже Вадима, и уехала с ним во Францию, где друг сердца отдавал ей главные роли во всех своих картинах. Добро бы просто снималась, как порядочная женщина, а то ведь ничего не стесняется: где сцена постельная, там и Джейн. В «Барбарелле» девочка совсем стыд потеряла: ходила по мягкому ковру в чем мать родила. Когда она предлагала отцу одну из ролей в этом последнем из ее «вадимовских» фильмов, он не выдержал: «Мне тоже надо будет раздеваться?!» В 1962 году Министерство обороны США назвало Джейн «мисс армейского призыва», чуть позже в «Плейбое» появилось ее фото (оказывается, на съемках кто-то пользовался скрытой камерой). После фильма «Период приспособления» заговорили о поразительном внешнем сходстве с Мерилин Монро. Вот она, популярность! О «маленькой Джейн» писали уже больше, чем о ее папе, но папа чихал на такую славу. Он изводил себя вопросом: «В кого же?» – и не находил ответа. Генри совсем забыл, как всего каких-то пять лет назад Ли Страсберг сказал его ныне пропащей дочери: «А у тебя талант!» Как популярен был бродвейский спектакль «Небылица», а потом и фильм с ее участием. Как она штудировала Станиславского, училась танцевать и даже ходила к психотерапевту, чтобы «расковать» себя. Как ее приглашали сниматься Кьюкор и Джордж Рой Хилл. Как, наконец, критика отмечала несомненное актерское «я» Джейн, несмотря на сильное внешнее сходство с великим отцом. Забыл, а ведь сам говорил, какая у него дочка хорошая: читает статью какого-нибудь критика противного и не морщится -улыбается даже. Но случилось беда: Дмитрык, снимая «Прогулку по дикой стороне», не смог перенести на экран всей глубины романа, и Джейн выглядела у него обычной обольстительницей, каких много. Она была сексуальна, режиссеры поняли, что на этом личике и фигурке можно сделать хорошие деньги, и, как бы сильно они ни уважали Джейн, роли ей отдавали такие, что особенно не развернешься. Она подумала, что Голливуд – это место, в котором талант ценится меньше всего, и обратила спасительный взор на Европу. А там месье Вадим стал выжимать из нее те же соки, и куда-то подевалось, выветрилось актерское «я», как будто его никогда и не было. «Вопрос развития Джейн Фонды в хорошую актрису омрачается выбором ролей», – писали газеты. Она уже не играла – она просто примеряла вечерние платья, целовалась, улыбалась, раздевалась, ходила под руку с А.Делоном («Дом радости»)

8

и другими приятными господами. Джейн быстро свыклась с ролью «любимой игрушки в руках мужчины». «Я принадлежу к числу женщин-рабынь. Я лучше себя чувствую, когда кто-то принимает решения за меня». Купила симпатичный домик с хорошеньким садиком и стала в нем жить-поживать да добра наживать с Вадимом, кстати и принимавшим за нее необходимые решения. «Нажили» они ни много ни мало семь собак, восемь кошек, кроликов, пони, кур и дочь Ванессу. Джейн была любезна, мила, не лезла в политику, смотрела за хозяйством и завидовала всем беременным женщинам. Роже Вадим благодарил Бога за ниспосланное ему сокровище образца Наташи Ростовой в эпилоге.

Все кончилось так быстро, что счастливый муж и ахнуть не успел. Джейн узнала, что во Вьетнаме идет кровавая война, увидела студенческую забастовку в Париже и решила, что так жить, как она жила, нельзя. Она отправилась в Индию, забралась высоко в горы, туда, где обитали американские хиппи, и поняла, что вот эти ребята даже на самой вершине Эвереста будут несравнимо ближе к своей стране, чем она, постоянно летающая от Парижа до Нью-Йорка и обратно. Джейн вспомнила, что и ее родной брат Питер хиппует, и со своей гитарой и шальными песнями он гораздо больше американец, чем она, со своей внешностью Монро. Ей стало стыдно «за бесцельно прожитые годы», поэтому, возвратясь во Францию, Джейн сделала Вадиму ручкой и улетела к папе.

Она «смеясь расставалась со своим прошлым». Купила себе «почти хижину» (выражение папы), выбросила косметичку, стала много путешествовать и состригла крашеные кудри. Нелепые комедии уступили место серьезным картинам, роли любовниц, которые играла Джейн, пребываючи в Париже, навсегда ушли из ее репертуара. Вообще интересно, что у Джейн Фонды роли менялись в приблизительном соответствии с ее убеждениями. Начав с легкомысленных девчонок («Прогулка по дикой стороне», «Воскресенье в Нью-Йорке»), она плавно перешла к журналисткам и писательницам («Джулия», «Китайский синдром», «Электрический всадник»). Такой переход мог означать одно: Джейн становится убежденной феминисткой. Она уже не хотела быть «игрушкой», «рабыней», она начинала думать и… бороться. Поворотным пунктом в ее карьере стал фильм Поллака «Загнанных лошадей пристреливают, не правда ли?» Героиня Джейн, Глория, обманутая всеми на свете, изнуренная бесконечным танцевальным марафоном, погибает. Джейн говорила потом, что Глория не должна была умирать: ей стоило вернуться на эту танцплощадку и рассказать людям о бесчеловечности «жирных бюргеров» и всей системы. Неспроста Роже Вадим называл свою жену «орлеанской девой». Для творческой судьбы Джейн эта роль была все равно что XXVII съезд для перестройки. Тогда, на съемочной площадке, она получила свое второе боевое крещение. Третье состоялось… во время погрома лоутонского форта, когда Джейн шла во главе племени индейцев и требовала отдать коренным жителям Америки то, что им по праву принадлежит. Вообще вся дальнейшая судьба актрисы напоминает роман, созданный в лучших традициях соцреализма. Молодая красивая женщина из респектабельной семьи не хочет мириться с примитивным буржуазным существованием и включается в ряды борцов за правое дело. Что еще? Аресты, тюрьмы, листовки, речи и, конечно, любовь. (Соратником по борьбе, у которого открылись серьезные намерения, был журналист и лидер прогрессивного движения молодежи Том Хейден.) Сюжетные ходы в романе были неожиданны. Например, в главе, где описана провокация в кливлендском аэропорту. У Джейн отобрали чемодан, проверили кассеты, отксерили записную книжку, раздели, обыскали, запретили звонить адвокату и на сутки бросили в камеру. Когда она вышла оттуда, то пошла – куда бы вы думали? – в университет, выступить перед студентами, которые приветствовали узницу стоя. В другой раз Джейн выступала перед солдатами в кофейне «Полпалатки», призывая молодых ребят отказываться от службы во Вьетнаме. Командование не разделяло этого пацифизма к шел 1970 год), и дело опять закончилось тюрьмой. Наконец, актриса набрала себе «команду», в которую вошли Дональд Сазерленд, Питер Бойл, Джеймс Уотсон, Робин Менкен, негритянский писатель-сатирик Дик Грегори и певица Барбра Дейн. Теперь уже проработкой военных баз занялась эта веселая компания. Выступления проходили на ура и завершались сбором подписей и дружным пением вьетнамских народных песен.

Сначала это называли капризом «звезды», после объявили, что Джейн предает Родину и свой народ. Инквизиция действовала по старой схеме: грозили, предупреждали и публично сжигали изображение «еретички». Обидно, конечно. Но Джейн давно похоронила в себе ту маленькую девочку, что любила вестерны и мечтала выйти замуж за ковбоя. Розовые стекла на очках выцветали не по дням, а по часам, и когда Джон Уэйн, первый кумир ее детства, поставил ура-патриотическую картину «Зеленые береты» (1978), Джейн окончательно поверила: в жизни не бывает героев. А те, кто хотел ими стать, лежат теперь на больничных койках. Она решила сделать фильм о той, другой войне, которую не любили афишировать газеты, и восемь лет вынашивала в себе проект «Возвращения домой».

Министерство обороны упорно не хотело давать согласие на съемки в госпитале и на базе, поэтому, к примеру, тот эпизод, где герой Брюса Дерна бежит по территории военного городка, снимался скрытой камерой, а самого актера украдкой перебрасывали через ограду. С трудом была пропущена речь инвалида Люка Мартина перед молодежью. Но фильм все-таки вышел. Тогда же, в 1978 году, появился «Охотник на оленей» М.Чимино, и все главные «Оскары» достались этим двум «вьетнамским» лентам.

Так Джейн Фонда проделала путь от «американской Брижит Бардо» до «американской Жанны д’Арк». Жизнь показала, что по убеждениям она коммунист до мозга костей, хотя никогда членом соответствующей организации не состояла. Мисс Фонда, всегда обожавшая Советский Союз, периодически наносит нам неофициальные дружественные визиты,

10

бегает с москвичками вокруг Кремля и считает Маркса гением эпохи. Поэтому ни одна «ихняя» «звезда» (из современных) не пользовалась таким вниманием отечественной прессы, как Джейн. Правда, есть маленькая деталь, выгодно отличающая Фонду от наших засулич и коллонтай. Как-то раз в интервью она сказала: «Разве плохо быть красивой? Разве плохо быть подтянутой, жизнерадостной, нравиться мужчинам?» Это к вопросу о том, что не хило бы нам всем заняться аэробикой, которую актриса на досуге придумала. Когда снимался «Китайский синдром», она сломала ногу и пять недель пролежала в гипсе. Чтобы привести себя в божеский вид, занялась гимнастикой, изобрела несколько упражнений, написала книгу и в который раз заразила своим энтузиазмом всю Америку.

Теперь уже ясно просматривались «три лица» «орлеанской девы»: активистка, красавица, спортсменка – общественный деятель, актриса, женщина, ведущая здоровый образ жизни. Первое помогла ей утвердиться в обществе, второе – почувствовать свободу, третье просто радовало сердце. «Пропащая дочь» стала человеком, и папа уже не сердился на нее. Равно как и на Питера, который по молодости лет баловался травкой, мотоциклами, носил странный одежды, длинные волосы, играл то «диких ангелов», то «беспечных ездоков» и все порывался принять участие в марше мира, а теперь стал муниципальным советником, университетским преподавателем, отцом семейства и режиссером. Вообще отношения в этой семье могут послужить готовым сюжетом для какой-нибудь мексиканской мелодрамы. Когда Джейн было двенадцать лет, а Питеру десять, их мать узнала, что муж изменяет ей с молодой красоткой, и перерезала себе горло. Сам Генри никогда не был особенно внимателен к детям. Джейн долго не могла забыть, как она целый месяц зарабатывала деньги на подарок отцу, а тот даже не удосужился заглянуть в пакет, и она проплакала всю ночь. Питер был более ранимым, и в детстве, чтобы привлечь папино внимание, выстрелил себе в живот.

Незадолго до смерти Генри снялся вместе с Джейн в фильме «На золотом пруду». Это была лебединая песня старого актера и самая любимая его картина. «Мы оба отдавал и себе отчет, что в каком-то смысле эта история и наших отношений, это та боль, которую мы чувствовали как отец и дочь в реальной жизни. Джейн иногда не могла сдержаться. Была сцена, когда она пытается установить с отцом утраченный контакт, а я играю так, как будто не понимаю, чего она хочет. И она плакала, играла и плакала. И вся съемочная группа рыдала. А Джейн говорила мне: «Видишь, у всех проблемы с отцами».

Через год Генри не стало. Актеров с фамилией Фонда было уже на одного меньше. Но прошло несколько лет, и новая «звездочка», Бриджит, появилась в этой семье. Теперь другой папа, Питер, возлагает большие надежды на свою дочь. Сам он недавно вспомнил молодость и снял явное продолжение «Ездока» – «Время снова пуститься в путешествие». А Джейн произвела еще одну сенсацию полтора года назад, выйдя замуж за президента компании «TBS» и владельца телеканала «CNN» Теда Тернера.

Все повторяется. И кто знает, сколько еще доведется нам услышать о членах этой старейшей актерской семьи.

Валентина ДУДКИНА

11

Туркия А. Портретная галерея «СЭ». Джон Войт // Советский экран. – 1989, № 3. – С. 16-17.

Портретная галерея «СЭ». Джон Войт

Звезда Джона Войта взошла в 1969 году, когда после участия в нескольких малозаметных картинах («Час ружья», «Бесстрашный Фрэнк» и пр.) он сыграл главную роль в прославленном фильме Джона Шлезингера «Полуночный ковбой» (фильм промелькнул полтора десятилетия спустя во внеконкурсной программе одного из Московских кинофестивалей – а давно бы ему пора в наш прокат). Затем он снялся подряд в нескольких удачных картинах, например, в «Освобождении» Джона Бурмена и «Уловке-22» Майка Николса. Полоса удач надежно укрепила его «звездный» статус, и Войт смог позволить себе сниматься пореже, зато в картинах, выбранных им самим. Среди таких фильмов был и «Конрак» – единственный с участием Войта в нашем прокате, – лента более чем среднего уровня, но привлекшая артиста самой темой: положение негритянского населения в США. Фильмы ярко выраженной политической, социальной направленности особенно привлекали артиста. Одной из самых больших его творческих удач стала роль паралитика – ветерана вьетнамской войны – в антивоенной картине Хала Эшби «Возвращение домой». Роль досталась ему после нелегкой борьбы с продюсерами, которые хотели получить более «кассовую» звезду. На кандидатуре Войта настаивали сам режиссер Эшби (немалый авторитет) и Джейн Фонда, знавшая о близких связях актера с вьетнамскими ветеранами, протестовавшими против войны. Войт был утвержден после того, как Джек Николсон и Сильвестр Сталлоне отказались от участия о фильме. «Возвращение домой» принесло Джону Войту, как и Джейн Фонде, премию «Оскар». С этим фильмом он приезжал летом минувшего года в Москву: картину вместе со спилберговским «Инопланетянином» показывали депутатам Верховных Сове-

16

тов СССР и РСФСР в рамках обмена фильмами, проводимого организацией «Американо-советская киноинициатива».

Недавно на ретроспективе фильмов Андрея Михалкова-Кончаловского советские зрители имели возможность познакомиться с одной из работ Войта последнего времени – ролью сбежавшего заключенного о фильме «Поезд-беглец».

«Звездная болезнь», говорят, вовсе не затронула актера. Знаменитый Берт Рейнольдс, близкий друг Войта со времен их съемок в «Освобождении», вспоминает, что для Джона самое большое мучение – давать автографы («Он подписывает их с таким выражением, будто это его смертный приговор»). «Игра, вероятно, дается ему слишком легко, – писал Джон Бурмен. – Первые его реакции на ту или иную сцену чаще всего чертовски точны, порой полны настоящих откровений. А затем он включает интеллект, очень мощный. Бросает вызов своим инстинктам. Интеллект плюс талант – вот истинное величие».

А. ТУРКИЯ

Джон Войт (слева) в гостях у съемочной группы «Леди Макбет Мценского уезда» – с режиссером Р. Балаяном и актерами А. Абдуловым, Н. Андрейченко. Фото Николая Гнисюка

17

Мастерам войны // Ровесник. – 1978, № 9. – С. 23.

МАСТЕРАМ ВОЙНЫ

Если вы, дорогой читатель, помните, в № 6 за этот год мы рассказывали о том, что Голливуд готовится выпустить несколько фильмов о войне во Вьетнаме, фильмов, рассчитанных на то, что обыватели забыли позор этой войны.

И еще: если вы помните, в свое время актриса Джейн Фонда отказалась от присужденного ей «Оскара» в знак протеста против этой войны.

И вот Джейн Фонда в фильме о войне, в фильме, который позора забыть не дает. Он называется «Возвращение домой». Фонда в нем играет жену моряка, воюющего во Вьетнаме. Она добровольно работает в военном госпитале, ухаживает за ранеными и с нетерпением ожидает возвращения мужа. И он возвращается цел и невредим, возвращается… «Лучше бы он погиб, лучше бы мне не ждать его, – говорит героиня Джейн, – война превратила его в зверя, в палача».

23

Гейшо Инна. Джейн Фонда. Кино, любовь и политика // Видео-Асс Известия. – 1993, № 1 (36). – С. 154-159.

Гейшо Инна

Джейн Фонда. Кино, любовь и политика

ПАРИЖ, ПАРИЖ…

Неожиданно в начале 60-х молодая актриса покидает США и уезжает во Францию. Позади – образование в знаменитой студии Ли Страсберга, работа манекенщицей, несколько фильмов. Главная причина отъезда – неудовлетворенность достигнутым. Ей казалось, в Америке слишком эксплуатируют внешние данные и совершенно не дают серьезных ролей.

Вскоре пухленькая и симпатичная американка познакомилась с опытным покорителем женских сердец режиссером Роже Вадимом (достаточно вспомнить из его возлюбленных Брижит Бардо и Катрин Денев).

Впервые встретились они на вечеринке в ресторане «Максим». Вадима больше всего поразили… лодыжки Джейн, распухшие от танцев или неудобной обуви. Он написал записку своему другу: «Посмотри на эти ножки. Хороши!» Друг записку прочитал и выбросил, а Фонда подобрала – женщинам всегда интересно, что о них думают. Однако знакомством все и обошлось. Только спустя три года они увиделись ненадолго в Лос-Анджелесе, обсуждая один из проектов. И лишь еще через три года в Париже встретились на дне рождения Джейн. И решили не расставаться.

Свадебная церемония состоялась в Лас-Вегасе, затем молодожены вернулись во Францию. Незадолго до помолвки Джейн говорила: «Пожалуй, я принадлежу к числу женщин-рабынь. Я лучше чувствую себя, когда кто-то принимает решение за меня».

Через год у них родилась дочь Ванесса. Джейн сама кормила ребенка, не боясь испортить фигуру. Кстати, как только Фонда разрешилась от бремени, Брижит Бардо, известная нежеланием иметь детей (одна из причин ее разрыва с мужчинами, в том числе и с Вадимом), прислала ей телеграмму: «Вот это действительно по-товарищески!».

Во Франции Джейн снималась у Рене Клемана в «Кошках», где ее партнером был Ален Делон, но всякую интимную связь с ним актриса, несмотря на статьи в прессе, отрицала. Затем она сыграла главные роли в фильмах мужа «Карусель» и «Добыча». Журналисты прозвали ее американской Б.Б. «Я очень уважаю эту даму, – отвечала Джейн, – но предпочитаю быть самой собой. В Голливуде я не знала, кто я такая: полуфабрикат или пленница системы. Быть может, мне удастся найти себя во Франции. Все говорили, что я поступаю опрометчиво – ведь еще никто не видел американскую актрису, добившуюся известности в Европе».

Неожиданно разразился скандал: журнал «Playboy» без разрешения опубликовал пикантные

155

снимки Джейн. Разгневанная актриса подала на журнал в суд, но процесс проиграла. Вообще на съемочной площадке Джейн поначалу отличалась чрезмерной робостью, стесняясь собственного обнаженного тела. Сколько усилий положил Вадим, чтобы заставить ее раздеться донага в «Барбарелле»! И-таки сия смешная, фантастическая, эротическая, пародийная лента о суперженщине, одерживающей сексуальные победы над инопланетянами, пользовалась успехом у зрителей.

После 1968 года, когда Джейн увлеклась леворадикальными движениями, Роже Вадим, чуждый политики, отдаляется от нее. И все же, несмотря ни на что, это было любопытное время – сколько озорных вечеринок устроила она в Париже, играя в свободную любовь, бесконечно меняя партнеров! До того, как на одном из митингов актриса не увидела своего будущего мужа, журналиста Тома Хейдена.

156

«ДЖЕЙН-САЙГОН»

Ее политические пристрастия хорошо известны российским зрителям – о прогрессивных взглядах актрисы писали все наши газеты. Еще в 1969 году, запутавшись в политике, кино и семейной жизни, она предприняла путешествие в Индию. В то время около 10 тысяч хиппи искали в далекой стране ответы на болезненные вопросы. Джейн поразила нищета, в которой жили люди, беспомощность властей.

В марте 70-го она выступила с политическим заявлением на военной базе Форт-Льюис. Ее арестовали и продержали четыре часа под стражей. А потом еще трижды задерживали, прерывая пламенные речи активистки против войны и расовой несправедливости.

Она потихоньку распродавала драгоценности и недвижимость, вкладывая деньги в борьбу, связалась с радикалами из «Черных пантер», выступила по радио Ханоя, за что получила прозвище «Джейн-Сайгон», превратилась в объект преследования ЦРУ и ФБР. В конгрессе США требовали отдать ее под суд за антиамериканскую пропаганду.

В 1973 году, беременная, она развелась с Вадимом, а через три дня вышла замуж за Тома Хейдена, отца будущего ребенка.

Вместе с Томом она объездила несколько стран, снимая документальные фильмы. Муж, по свидетельству многих, очень тонко использовал Джейн для своей политической карьеры и кое-чего добился – благодаря деньгам жены стал сенатором. Они официально развелись в 1989 году. Любопытно, что когда Трой (сын Тома и Джейн) подрос и уже учился в колледже, он разрисовал стены класса расистскими лозунгами и оскорблениями в адрес сексуальных меньшинств. Таков результат излишне политизированного воспитания.

БУМ

Джейн всегда умела все хорошо рассчитывать. Так. в 1969 году она долго торговалась из-за денег с продюсерами фильма «Загнанных лошадей пристреливают, не прав-

157

да ли?», в результате вытребовав гонорар в 4 миллиона долларов плюс процент от проката.

Вместе со своим тогдашним любовником Дональдом Сазерлендом она снялась в детективе Алане Пакулы «Клют» (1971) и получила первый «Оскар». Второй «Оскар» ей достался за роль возлюбленной ветерана-инвалида в картине Хэла Эшби «Возвращение домой» (1978). Зрители долго восхищались: «Как она смело сыграла в эротической сцене!» и только спустя некоторое время выяснилось, что ее подменяла дублерша.

В 70-е Голливуд полюбил актрису. Она же продолжала сниматься в фильмах с политической направленностью: «Китайский синдром», «Джулия», «Электрический всадник». И с гордостью утверждала: «Я больше никогда не буду жить той жизнью, которая находилась бы в противоречии с моими социальными и политическими убеждениями. И от этого я чувствую себя очень счастливой».

К началу 80-х популярность ее достигла апогея. Вышел видеосборник «Упражнения Джейн Фонда». Кстати, балетом она начала заниматься еще в Париже. Но тут совершенно иное… Аэробика привлекла миллионы людей. Кассеты шли нарасхват, оставалось только выдумывать все новые и новые упражнения, выступать по телевидению и подсчитывать доходы – ведь аэробика захлестнула вскоре весь мир. Хотя Джейн не уставала твердить: «Я работала и работаю не для того, чтобы потуже набить карманы».

Действительно, Джейн нужно было совсем иное. Пришла пора наладить личную жизнь – бесконечная череда любовников ее теперь не устраивала. В середине 80-х актриса знакомится с телемагнатом Тедом Тернером, и в декабре 1991 года, сразу после поездки в Москву, тщательно разработав брачный контракт, они официально оформляют свои отношения. «Тэд – не тот мужчина, которого можно бросить ради съемок», – призналась Джейн. После свадьбы с Тернером ее интерес к кино совсем угас. А больше всего расстроило то, что в 54 года она не смогла, несмотря на все усилия врачей, родить Теду ребенка.

158

БОЛЬШОЙ КЛАН

Отношения друг к другу в клане Фонда всегда носили противоречивый характер. Любвеобильный глава семьи Генри часто менял спутниц жизни: официально он был женат пять раз, а его любовниц просто не сосчитать! Когда Генри женился на бывшей стюардессе Шерли Адамс (на 28 лет моложе его), рассерженная дочь прислала телеграмму: «Папа! Что ты делаешь! Ведь она обчистит тебя и сбежит». Долго Джейн не могла простить отцу смерть матери – Френсис Брокау, покончившей жизнь самоубийством в психиатрической клинике из-за загулов ветреного супруга.

Генри же, мягко говоря, не одобрял тот беспутный образ жизни, который вела Джейн, а уж ее политические выступления…

…Они вновь сблизились, спустя долгие годы, во время съемок фильма «На золотом пруду», где сыграли с трудом находящих взаимопонимание отца и дочь. Любопытно: великий американский артист Генри Фонда за эту работу впервые удостоился «Оскара» (1982), но получала его Джейн – отец уже не вставал с постели и через несколько недель умер.

Но не только Генри и Джейн сделали клан Фонда великим. Младший брат Джейн, Питер, тоже приложил к тому усилия, снявшись в нескольких лентах, в том числе в классическом «Беспечном ездоке».

Его дочь Бриджит, 33-летняя племянница Джейн, сделала достойную карьеру в Голливуде, сыграв в картинах «Ария», «Крестный отец-3», «Одинокая женщина», «Дорога на Уэлвилл». Сейчас она работает с Квентином Тарантино в «Джекки Браун» и претендовала на премию «Эмми» за роль в телесериале «В сумерках». По каким-то причинам Питер и Бриджит не общаются с семьей Тернеров.

«Оскары» Джейн, всемирная популярность, хорошие фильмы и наполненная любовными романами и приключениями жизнь – такое практически неповторимо. Даже если ты принадлежишь к великому актерскому клану.

159

Pages: 1 2

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Яндекс.Метрика Сайт в Google+ Сайт в Twitter