Беглый огонь (1992): материалы

Уэлч Джули. Сын дракона // Ровесник. – 1991, № 9. – С. 32.

Когда мы собрались опубликовать этот материал, пришло известие: Брандон Ли погиб во время съемок своего нового фильма «Ворона». Мы уже хотели было отложить этот текст, сделанный накануне премьеры фильма «Беглый огонь» в Великобритании, и написать какой-то другой, в иной тональности. Но потом решили этого не делать – у Брандона Ли уже есть свои поклонники, и пусть в их памяти он останется живым, таким, каким видели они его на экране.

И еще: вокруг смерти его отца Брюса Ли ходило множество легенд, хотя причина ее была вполне естественной. Теперь уже и вокруг гибели сына начали возникать слухи чуть ли не о заговоре и т.д. Что ж, это понятно: зрители склонны отождествлять актеров с их героями. Как сказано в официальном заключении, «причиной гибели Брандона Ли стала ошибка тех. кто готовил спецэффекты для съемок».

Сын дракона

Джули УЭЛЧ, английская журналистка

Город волнуется, город замер в ожидании, город дыханье затаил – по крайней мере, так кажется тем, кто привез в город Лондон фильм с Брандоном Ли. В «Беглом огне» Брандон Ли последовательно разбивает физиономию агента ФБР дверью холодильника, нейтрализует наемного убийцу при помощи ящика для ножей и вилок, а одной из вилок отправляет на тот свет гнусного мафиози. Мчится на мотоцикле сквозь витрину, голыми руками превращает во прах целую квартиру, а также верхний этаж итальянского ресторанчика. Спасает кое-кого из пламени, охватившего китайскую прачечную, занимается любовью с красавицей, которая служит в чикагской полиции, и полностью нарушает график движения поездов в пригороде того же Чикаго. Работка, как вы понимаете, не из легких, однако Брандон Ли справляется с нею за день. Ведь он сын Брюса Ли!

Кия! Те из нас, чье нежное отрочество пришлось на семидесятые, помнят, что десятилетие было отмечено победными криками, сокрушительными и быстрыми, словно молния, ударами и шествиями бритоголовых буддистских монахов. К тому времени, когда первый голливудский фильм Брюса Ли «Появление дракона» летом семьдесят третьего вознес его на вершину мировой славы и он стал первой международной китайской звездой, Брюс Ли уже был звездой – фильмов, сделанных в Гонконге. Но «Появление дракона» был и остается величайшим из фильмов о боевых искусствах.

Всемирная слава пришла слишком поздно – вскоре Брюс Ли скончался в возрасте 32 лет от кровоизлияния в мозг. Киноиндустрия смириться с этим не могла и выпустила на экраны целый ряд псевдо-Ли: Брюс Лай, Брюс Ле и т.п. Но Брюс Ли оставался единственным, тем, кто сделал жанр «каратэшного кино» популярным в Европе и Америке. И никому не суждено было повторить его успех.

И все же у Брюса Ли остался прямой наследник – его сын. Брандон рос, и китайские киностудии поглядывали на него с надеждой. Потом стали являться с предложениями, но Брандон неизменно отвечал отказом: он хотел быть настоящим актером (хотя на его счету было уже девятнадцать побед на любительских чемпионатах по каратэ). Брандон Ли сегодня – вовсе не «смертельная сила с личиком херувима», как окрестила его бульварная пресса. Он – настоящий артист, прекрасно чувствующий специфику кино и с достаточным юмором относящийся к целлулоидному счастью.

Брандон Ли родился в Окленде, штат Калифорния, в 1965 году, но когда ему исполнилось три месяца, семья переехала в Гонконг. Мать у него американка шведского происхождения, есть еще и сестра Шэннон, она стала оперной певицей. Детство, проведенное в разъездах родителей из Азии в Америку и обратно, очень уж сладким не было – да, он хорошо владеет китайским языком, но зато школы, которые ему постоянно приходилось менять, многого не дали. «Одно только я вынес из всех моих школьных лет: учителя не учат детей находить то, что они могли бы полюбить. В школе дети учатся ненависти, которая разъедает душу, словно раковая опухоль – тело».

Да и быть сыном легенды – тоже несладкая судьба. «У каждого человека есть свои собственные отношения с родителями, с отцом, но это глубоко личное… А у меня личное выставлено на всеобщее обозрение». Но, по крайней мере, за те годы, что Брандон провел с отцом – когда Брюс Ли умер, мальчику было восемь лет,– он многому успел у него научиться. У Брюса была в Лос-Анджелесе своя школа, и в ней занимались многие голливудские знаменитости – Стив Маккуин, Ли Марвин, Джеймс Гарнер. Брюс начал заниматься с сыном, как только Брандон начал ходить. И, становясь старше, Брандон тренировался с отцом, его учениками, его друзьями-актерами. И учился дисциплине: «Отец научил меня по-настоящему уважать старших, без этого невозможно познать ни боевые искусства, ни искусство жить».

Повзрослев, Брандон Ли переехал в Нью-Йорк и поступил в труппу Американского молодежного театра: «Это была настоящая учеба, а чтобы прокормиться, я работал – сначала официантом, потом поваром. Друг отца пригласил меня сняться в одном из его фильмов в качестве каскадера. Я вернулся в Лос-Анджелес и засел. Ничего. Ни одного предложения. Пока меня не пригласили в «Кунг фу: кино». С этого и началось…»

В «Беглом огне» хватает «каратэшных» сцен, однако это не значит, что создатели фильма подвержены «каратэшному» идиотизму: в конце концов, это только в гонконгских сказках каратэка может сражаться один на один с пулеметом. В нормальном кино если злодей грозит револьвером, нормальный герой прячется за стену и хватается за «узи». Так что в «Беглом огне» Брандону Ли приходится дырявить противников и пульками.

Возможно, «Беглый огонь» сделает сына Брюса Ли человеком богатым и знаменитым, и сбудется извечная целлулоидная мечта. А может быть, и нет – нелегкое это звание «сын дракона». Но у Брандона Ли неплохие жизненные ориентиры: любимый актер – Роберт Де Ниро, любимый режиссер – Мартин Скорсезе, любимый герой – Брюс Ли.

Перевела с английского Н. РУДНИЦКАЯ

14

Его последнее интервью // Спортивная жизнь России. – 1994, № 8. – С. 34.

ЕГО ПОСЛЕДНЕЕ ИНТЕРВЬЮ

– Скажите, Ли, что вы думаете о своем увлечении боевыми искусствами? И какое место они занимают в вашей жизни?

– Честно говоря, я считаю себя учеником. И если я встречаюсь и тренируюсь с большими мастерами, то считаю это большой для себя честью. Тем более, что я давно освободился от сознания, что я – сын знаменитого отца, и к этому имеет отношение разве только то, что через отца я ощущаю родственные связи с целой нацией. Боевые искусства не занимают главного места в моей жизни, но я не вижу причин прекратить тренировки и заниматься этим буду достаточно долго. Все-таки это – частица меня самого, это совершенствует мое внимание, поддерживает мою спортивную форму.

– А сколько времени вы посвящаете тренировкам?

– Я прихожу в зал три раза в неделю, тренируюсь пять часов в день. Кроме того, я занимаюсь с несколькими группами любителей боевых искусств, которые имеют разный уровень мастерства. Ток что времени на все это уходит немало. Ну а когда заканчивается тренинг, мы садимся в круг и просто беседуем.

– Не вспомните, когда вы решили стать актером?

– Еще ребенком. Поэтому я всегда пользовался возможностью вместе с отцом посещать киносъемки, и должен сказать, что это было для меня волшебным миром, и я говорил, что хочу заниматься только этим. У меня и сейчас нот, желания заниматься чем-либо другим.

– А легко ли продолжать эту семейную традицию?

– Нет, но легко. Поскольку я сын Брюса Ли, то без сомнения какие-то двери для меня все же открыты. Но иногда моя фамилия и мешала, потому что она толкает людей из кинобизнеса снимать и откровенно плохие ленты. Однажды, например, мне дали сценарий фильма «Сын Брюса Ли мстит наемникам-ниндзя за смерть своего отца». Но в таких случаях у меня всегда есть возможность отказаться от участия в съемках.

– Ну а какой-то конкретный случай можете вспомнить?

– Когда-то я занимался рисованием, и однажды мою картину, я уже не помню какую, небольшую такую картину положили на стол очень привлекательной блондинке. Она была искусствоведом или кем-то в этом роде. Очень привлекательная и серьезная. Когда же я вошел в ее студию и сел возле нее. она взяла мою картину, а я вдруг ясно увидел, что кто-то очень выразительно написал на обороте «сын Брюса Ли». И когда она это увидела, то сказала: «Извините, это вы побеспокоились напомнить о себе таким образом?». Я смущенно ответил: «Да нет, конечно же, нет! Это было бы похоже на то, если бы я пришел к вам на свидание, пригласив для храбрости и своего друга». Наверное, я правильно и искренне ответил, потому что эта леди сразу же сказала: «О, мне так жаль, извините, вы, пожалуйста, приходите и рисуйте снова».

– Недавно вы побывали в Австралии и там по слухам энергично рекламировали свой новый фильм. Не могли бы вы кратко передать его сюжет?

– Пожалуйста. Сюжет достаточно банален. Это про молодого человека, который стал случайным свидетелем убийства и впоследствии становится ключевым свидетелем для ФБР. Поэтому я должен давать показания против мафии, которая. в свою очередь, стремится меня убить. Такая вот в нем ведущая линия. Но я горжусь тем, что массовые драки в фильме ставил сам. И считаю, что из-за этого фильм достаточно сильно отличается от подобных американских лент, которые демонстрируются в последнее время. Здесь же отображается мой вкус, мое понимание действия.

– А вы выполняете трюковые сцены или это делают дублеры?

– Если по силам, то делаю сам. Например, есть сцена, где поднимают чучело, швыряют его в меня, а я молниеносно отскакиваю в сторону. Эту сцену мог сыграть мой дублер Джефф, который очень талантлив, однако я справился без него.

– В фильме есть другой эпизод, когда вы влетаете на мотоцикле сквозь стеклянное окно в бар…

– Нет, это делаю не я. И прыгаю с крыши химчистки в конце фильма – тоже не я. Но это, пожалуй, все, что делает Джефф. Все остальное выполняю сам.

– Сейчас вам 27 лет. Сколько снятых фильмов на вашем счету?

– Три. В Гонконге я выпустил киноленту под названием «Ярость в наследство». Еще сделал «Разборку в Маленьком Токио» с Дольфом Лундгреном, этот фильм уже есть на видео. А еще «Беглый огонь».

– А понравилось ли вам работать с Дольфом Лундгреном?

– Да, мы вполне ладили. И та работа стала для меня хорошим опытом, подготовила меня к съемкам фильма «Беглый огонь», хотя между съемками двух этих фильмов прошло не более одного-двух месяцев. Наша совместная с Дольфом работа держалась на полном взаимном доверии.

– Что вы думаете о своем будущем?

– Наверное, ничего. Я доволен своей работой, хотя сейчас временно без дела. Но уверен, что способен сделать свой следующий фильм, и он тоже, надеюсь, не будет последним.

34