Клинт Иствуд ещё десятилетием ранее дерзко поставил под сомнение безоговорочность приписывания Джону Уэйну статуса «ковбоя №1». В ответ актёр-ветеран попробовал вступить с ним в конкуренцию в образе полицейского из мегаполиса, по-своему не менее решительного и бескомпромиссного, чем «грязный» Гарри Каллахан…
Сложно не оценить проницательность кинодраматурга, который, пережив однажды на отдыхе массу тревожных минут, не пошёл по проторенной стезе – не стал сочинять эксцентрическую комедию о неприятностях, подстерегающих горожан при встрече с дикой природой…
Точно найденный режиссёром-сценаристом контекст позволяет возвысить и облагородить историю, которая могла послужить (и нередко служила) поводом для заурядной адюльтерной комедии, пусть и приправленной эротикой, сантиментами и даже сатирическими наблюдениями. Но всё же не только!..
Дж.Э. Франклин, упомянутая в титрах как «мисс» (хотя Дженни Элизабет, столкнувшаяся с гендерными стереотипами, намеренно использовала инициалы, чтобы скрыть свою принадлежность к слабому полу), осталась не вполне довольна экранизацией. Возникали разногласия и по поводу исполнительниц, и в части конкретных моментов…
Присуждение авторам Государственной премии РСФСР имени братьев Васильевых невольно подтвердило ту очевидную истину, что доблестный разведчик по праву занял место в сердце народа рядом с Чапаевым, даже если любовь соотечественников подчас принимала такую пикантную форму, как грубоватые анекдоты…
Барбра Стрейзанд проникновенно исполнила заглавную песню (включённую в альбом с тем же заголовком, получившую в США платиновый статус), однако роль Мороски предоставила шанс отойти от сложившегося – очевидно, порядком поднадоевшего – амплуа «забавной девчонки»…
По иронии судьбы, один из самых «нью-йоркских» по атмосфере скорсезевских фильмов большей частью был снят в Лос-Анджелесе. Оператор Кент Л. Уэйкфорд рисует пёструю, красочную (экспрессивную, местами – почти экспрессионистскую) картину существования далеко не благополучных районов большого города…
С точностью воспроизведения атмосферы, царящей в преддверии подготовки к голосованию, проблем не возникло, а некоторые эпизоды (удар Билла по носу разъярённым избирателем из толпы, реплика мексиканца, недовольного забредшими в кладовую кухни посторонними) – навеяны подлинными инцидентами…
«Божественный Осима», как Нагису окрестил продюсер Анатоль Доман, именно благодаря «Империи страсти» снискал официальное международное признание, выразившееся хотя бы в премии за режиссуру Каннского МКФ, в состав жюри которого входил и наш соотечественник Андрей Кончаловский…
Нет ни малейшего повода сомневаться в искренности намерений Холла Бартлетта, сразу после прочтения (состоявшегося в парикмахерской в долине Сан-Фернандо) загоревшегося желанием перенести события замечательной повести-притчи «Чайка по имени Джонатан Ливингстон» /1970/ на кинополотно…
