Мини-сериал, вышедший на излёте тэтчеризма, произвёл сильный художественный и общественный резонанс, дополнительным свидетельством чего станут два ремейка. Для Аластера Рейда, к тому моменту честно проработавшего на телевидении свыше двадцати лет, это стало, пожалуй, наивысшим достижением в профессиональной карьере…
Судебный процесс «Соединённые Штаты против шхуны «Амистад», возможно, и не оказал непосредственного воздействия на ход Истории (как бы кинематографисты ни подталкивали к такому выводу), но действительно стал вехой в борьбе за отмену рабства. Оказался, если угодно, первой ласточкой, предвещавшей грядущую войну…
Фильм имеет необъяснимо много общего с классическими национальными образчиками жанра с участием Жана-Поля Бельмондо, Алена Делона, Лино Вентуры, успевшими полюбиться ещё по советскому кинопрокату. С трогательными, чуть грустными, проникнутыми духом глубинной внутренней свободы произведениями…
С точностью воспроизведения атмосферы, царящей в преддверии подготовки к голосованию, проблем не возникло, а некоторые эпизоды (удар Билла по носу разъярённым избирателем из толпы, реплика мексиканца, недовольного забредшими в кладовую кухни посторонними) – навеяны подлинными инцидентами…
Джереми Айронс публично оправдывался за своё участие в ленте, уверяя, что остро нуждался в деньгах (из-за купленного в Ирландии замка), а кроме того, хотел доставить радость сыновьям, частенько резавшимся в «Подземелье драконов». Но он – из тех уникальных артистов, что, кажется, не умеют быть на экране неубедительными…
В целом продолжение, впрочем, произвело благоприятное впечатление – не исключено, что именно в силу того, что Кэмпбелл уже сознательно и неотступно следует традициям, в первую очередь кинематографическим, не покушаясь на сугубо «родригесовские» (не свойственные себе) решения…
Нет ничего удивительного в том, что Мел Брукс горячо поддержал сценаристов Джона Буни и Нормана Стайлза, пришедших на Paramount Television с идеей поглумиться над светлым образом Робин Гуда. Он не только обеспечил запуск ситкома в производство, но и отметился в первой серии в забавном камео – в образе стражника…
Рискованное, но, как мне кажется, оправданное решение не выводить на экране фигуры президента Франклина Делано Рузвельта и императора Хирохито позволило дополнительно подчеркнуть мысль, что война суть всегда конфронтация огромных социальных, политических, технологических систем, а никак не конкретных индивидов…
К чести английского режиссёра, новое прочтение судьбы Генриха VIII и его многострадальных жён не отдаёт спекулятивностью в освещении пикантных тем. Авторы принципиально уходят от формы пряного исторического анекдота, доведённой до блеска Александром Кордой…
Использование одного и того же драматургического приёма (взгляд на Соединённые Штаты наивных иноземцев – носителей другой культуры), разумеется, не может рано или поздно не приесться. Но Барон Коэн, пожалуй, именно на сей раз использует возможности на полную катушку…
