К сожалению, воплощение замысла оставляло желать много лучшего. В откровенно сказочных эпизодах, когда Катчек и Гор, скажем, борются в заколдованных землях с невиданными чудищами, запросто отрывая огромные щупальца, ещё чувствуются отголоски фирменного деодатовского стиля…
Казалось бы, решение руководства Samuel Goldwyn Films, приобретшего права на дистрибуцию на территории Северной Америки, ограничиться показом фильма в кинотеатрах в течение… одного дня (и затем – выпустить ленту на онлайн-сервисах), красноречиво…
Конечно, будет и развёрнутый экскурс в прошлое (в форме флешбэков, повествующих, в частности, о годах, проведённых в стенах реставрационного училища), но всё-таки подход здесь – иной. Авторы следуют не столько хронологии, сколько внутренней логике отношений внутри музыкального коллектива…
Может показаться странным (и в каком-то смысле – несправедливым), что заключительная часть трилогии в среднем получила самые низкие оценки во всей медиафраншизе как у зрителей, так и у кинокритиков. Питер Джексон с соавторами честно постарались завершить повествование на возвышенной, эпической ноте…
Учитывая, что прежде кинематографистами настойчиво проводились параллели с грандиозными батальными сражениями союзников по антигитлеровской коалиции с немецко-фашистскими агрессорами, уже не удивляешься их намерению теперь – косвенно воспеть подвиги моряков…
Вторая часть – уже полноценное фэнтези, призванное поразить воображение, в меру суровое и совсем немного пугающее. Более того, это фэнтези в своём классическом, первозданном (возможно, слегка устаревшем) виде, не обременённое ироническим авторским комментарием к воспроизводимым преданиям…
Джереми Айронс публично оправдывался за своё участие в ленте, уверяя, что остро нуждался в деньгах (из-за купленного в Ирландии замка), а кроме того, хотел доставить радость сыновьям, частенько резавшимся в «Подземелье драконов». Но он – из тех уникальных артистов, что, кажется, не умеют быть на экране неубедительными…
Кинематографистов в значительной степени спасает крепкая драматургическая основа. Если не придираться к озвученной научной гипотезе как таковой, за Киром Булычёвым нельзя не признать таланта увлекательно рассказывать истории, покоряя читателя (и зрителя) непредсказуемыми сюжетными поворотами…
Перипетии, «придуманные» вымышленным писателем С. Моргенстерном, обретают дополнительный колорит благодаря тому, что книжку читает, выступая рассказчиком-повествователем, мудрый дедушка – а непосредственно «рисует» яркие, захватывающие картины, скорее, воображение внука…
Воистину титанические усилия Рэя Харрихаузена, приложенные в последней работе, вполне способны поразить воображение, покорив чуть наивной, как в творениях примитивистов, красотой – красотой оживших (одушевлённых) мифологических существ: от гармоничного Пегаса до зловещей Медузы и исполинских размеров Кракена…
