Само Время если и не воспринимается полноценным действующим лицом, то – незримо присутствует в каждом кадре: в солнечном свете, освещающем мэдисоновские мосты и окрестность, в декорациях фермы Джонсонов и расположенного по соседству провинциального городка, в воздухе…
«Божественный Осима», как Нагису окрестил продюсер Анатоль Доман, именно благодаря «Империи страсти» снискал официальное международное признание, выразившееся хотя бы в премии за режиссуру Каннского МКФ, в состав жюри которого входил и наш соотечественник Андрей Кончаловский…
Поневоле закрадывается опасение, что «печальнейшая на свете повесть» будет использована в тривиальных коммерческих целях – в отличие от идущей от чистого сердца инициативы властей Вероны и местных энтузиасток, поддерживающих красивую традицию, помогая женщинам залечивать любовные раны…
В фильм удалось на редкость (на удивление!) точно и бережно перенести социальные, межличностные, морально-этические, наконец, психологические конфликты, зорко подмеченные Борщаговским – и мастерски отражённые во внешне незамысловатой истории. Что, собственно, произошло?..
Сложно переоценить значение «Побега из курятника» для мировой мультипликации, а в первую очередь – для пластилиновой анимации, для обозначения которой в англоязычном киноведении используется термин claymation. Во всяком случае в коммерческом отношении результаты остаются непревзойдёнными по сей день…
Сложно не почувствовать уверенную руку баталиста, благо недостатка в массовке и пиротехнике не было. И всё-таки в данном конкретном случае с куда большим любопытством наблюдаешь за процессом препарирования канонов кайдзю эйга, скажем так, идеологическими оппонентами…
Под занавес Ваня произносит фразу целиком: «Не послать ли нам гонца за бутылочкой винца?» На это благоверная Люба, естественно, разражается бранью – но в шутку, поскольку поняла: новая перепалка на предмет плохо растопленной баньки не спровоцирует ещё одну выходку муженька…
Любовь, поразившая как гром среди ясного неба, заставляет и такого ограниченного, двуличного (мнимое великодушие сразу вызвало подозрение у сообразительной девочки), непритязательного человека преобразиться. Нельзя исключать, что он дошёл бы до преступления…
Именно с «Козары» принято вести отсчёт такого самобытного явления югославской кинематографии, как partizanski filmovi (термин вряд ли нуждается в переводе с сербохорватского языка), занимавшего не менее важное место, чем, например, в СССР отводилось историко-революционным кинопроизведениям…
Было бы глупо оспаривать правомочность интерпретации событий фильма в духе синтоизма, элементы которого лучше улавливают и понимают японцы. Вместе с тем Хаяо Миядзаки, всегда тяготевший к переосмыслению наследия самых разных культур, даёт понять, что добрый, ласковый, мудрый Тоторо является не просто ками…
