Душа, находящаяся в разладе с окружающей реальностью, глухо протестующая против уютного (пусть и давшегося дорогой ценой) мелкобуржуазного мирка, подталкивает человека к необдуманным, почти рефлекторным поступкам с печальными последствиями. Тут, скорее, хочется перефразировать Эрнеста Хемингуэя…
Нельзя не отметить ощутимую творческую и профессиональную эволюцию Дэмиена Леоне, от раза к разу осваивающего тонкости разных сторон кинопроизводства, а не только специальных эффектов и пластического грима. Картина уже не кажется дешёвым любительским опусом с бездарной актёрской игрой…
Уже из краткого изложения экранных событий несложно понять, что многочисленные (свыше двух десятков!) персонажи, даже если не состоят в родственных или дружеских связях, всё равно существуют независимо друг от друга сугубо номинально, не подозревая о том, как часто и порой парадоксально пересекаются линии их жизней…
Поневоле закрадывается опасение, что «печальнейшая на свете повесть» будет использована в тривиальных коммерческих целях – в отличие от идущей от чистого сердца инициативы властей Вероны и местных энтузиасток, поддерживающих красивую традицию, помогая женщинам залечивать любовные раны…
Безоговорочный коммерческий и художественный триумф картины, помимо прочего выдвинутой на «Оскар» в четырнадцати номинациях (правда, не отмеченной премией в главной категории, несмотря на курьёз на церемонии награждения), почти сразу обеспечил шазелловскому детищу статус «культового»…
Картина получила известность в США под «поясняющим» заголовком «Человек без карты», а ведь фоном для вступительных титров служат кадры… карты, «сгорающей наоборот» (то есть как бы рождающейся в огне; иллюзия возникает благодаря запущенной в обратном порядке проекции)…
Авторы решительно разрушают, а точнее, взрывают изнутри эстетику киномюзикла, щедро расцвечивая условный, декоративный (в смысле – «погружённый в декорации»), чаще всего приторно-сусальный мир демонстрацией потоков крови. Крови, хлещущей из надрезанных шейных артерий клиентов мистера Тодда…
Замысел исчерпывающе раскрывается под занавес, когда Уэйн наконец-то помогает понять приятелю смысл навязчивых ночных кошмаров, в которых Мэтти раз за разом душит избранницу. Лицедей и не подозревал, что страдает амнезией, служащей своего рода защитным механизмом психики…
Бенекс, рассматривавший в качестве потенциальных исполнительниц главной женской роли таких «звёзд», как Изабель Аджани и Валери Каприски, не прогадал, остановив выбор на дебютантке. Жану-Жаку принадлежит честь открытия одной из самых чувственных актрис Франции…
Спайк Ли выставляет Муки бездельником и лентяем (правда, интеллигентность и высокий интеллектуальный уровень нет-нет да и просвечивают сквозь образ), всячески уклоняющимся от ответственности – в отношениях как с сестрой, так и с красавицей Тиной, родившей от него ребёнка…
