Подозреваю, что полугодовой перерыв вызвал нестерпимые муки у зрителей, а в особенности – у зрительниц, приученных телевидением ждать не дольше недели. Причём, что забавно, продюсеры изначально рассчитывали, что постановку вновь осуществит Крис Вайц – тот оказался…
Если первая половина повествования, отмеченная томлением Беллы, зрящей лик уехавшего возлюбленного в минуты опасности, навевает беспросветную скуку, то сюжетный поворот с «неожиданной» трансформацией Джейкоба видится тем банальнее, чем самобытнее его пытаются представить авторы…
Для тех, кто ещё сомневается, подчеркну: фильм действительно пронизан высоким и страстным пафосом, словно не повествует о войне одной разновидности нечисти с другой, но является исторической хроникой бунта против угнетателей – рабов, вдохновлённых не менее волевой и сильной личностью, чем Спартак…
Скрупулёзное, исполненное уважения следование Канэто Синдо канонам «кайдан» завораживает и впечатляет не меньше, чем, скажем, усилия Николая Гоголя по художественному осмыслению повергающих в трепет образов, рождённых воображением уже нашего народа.…
Надо как следует постараться, чтобы за нескончаемым, хотя и весьма броским, фейерверком перестрелок и погонь уловить нюансы интриги, закрученной сценаристом Дэнни МакБрайдом, начинавшим в кинематографе, кстати сказать, с постановки трюков…
4-го сентября 2003-го года, за несколько дней до официальной премьеры «Другого мира», состоявшейся в рамках международного кинофестиваля в Торонто, компания White Wolf, Inc. и писательница Нэнси Э. Коллинз инициировали судебный процесс, обвинив авторов фильма в плагиате…
«Наверное, потому меня оттуда и выгнали», – попыталась отшутиться Белла в ответ на вопрос новой подружки, сразу же подметившей любопытную особенность: как же ей, живя в солнечном штате, удалось исхитриться не загореть? А между тем эта деталь является, возможно, наиболее ёмкой и выразительной в фильме…
Джон Лэндис и вправду ставит в тупик, вроде бы следуя в русле популярной мифологии, скрупулёзно воспроизводя атмосферу, насыщая действие пугающими намёками – вроде пентаграммы на стене паба, упоминание о которой провоцирует гнев местных жителей, ведущих себя, точно участники зловещего заговора…
Тим Бёртон словно приоткрывает завесу тайны над неисчерпаемым кладезем своего вдохновения, заново окунаясь в атмосферу любимого телевизионного шоу, на всю жизнь привившего ребёнку (вскоре после того, как сериал стартовал в эфире, Тиму исполнилось восемь лет) вкус к готике…
Мэттью Бродерик, запомнившийся в первую очередь как выразитель чаяний тинэйджеров периода «рейганомики», интересно смотрится в образе воришки по прозвищу «Мышь», вёрткого и сообразительного, который неизбежно влюбляется в Изабо, восхитительную леди-ястреб…
