Доказательство смерти / Death Proof (2007)
Полнометражный фильм.
Другие названия: «Смертестойкий» / «Неубиваемый» (варианты перевода), «Грайндхаус представляет: «Доказательство смерти» Квентина Тарантино» / «Grindhouse Presents: Quentin Tarantino’s Death Proof» (США: название на DVD), «Грайндхаус: Доказательство смерти» / «Grindhouse: Death Proof», «Доказательство смерти» Квентина Тарантино» / «Quentin Tarantino’s Death Proof» (США: полное название), «Удар молнии» Квентина Тарантино» / Quentin Tarantino’s Thunder Bolt», «Удар молнии!» Квентина Тарантино» / Quentin Tarantino’s Thunder Bolt!», «Удар молнии» / «Thunder Bolt» (США: рабочие названия).
США.
Продолжительность 113 минут.
Режиссёр Квентин Тарантино.
Автор сценария Квентин Тарантино.
Оператор Квентин Тарантино.
Жанр: фильм действия, триллер
Краткое содержание
Каскадёр Майк (Курт Рассел), познакомившийся в баре с Пэм (Роуз МакГоуэн) и согласившийся подвезти её до дома, на огромной скорости врезается в машину, на которой ехали лучшие подруги: Арлин (Ванесса Ферлито), Шанна (Джордан Лэдд) и «Джангл» Джулия (Сидни Тамиа Пуатье), известная в качестве местного радиодиджея. Техасский рейнджер Эрл МакГро (Майкл Паркс) убеждён, что это было предумышленное убийство, поскольку автомобиль бывшего голливудского трюкача является «смертестойким», то есть сконструирован таким образом, чтобы водитель не пострадал при столкновении, но понимает: доказательств его вины нет… Четырнадцать месяцев спустя Майк находит новых жертв в захолустном городке Лебанон, штат Теннеси. Однако Зои (Зои Белл), Эбернети (Розарио Доусон) и Ким (Трэйси Томс), также связанные с киноиндустрией, оказываются крепкими орешками.
Также в ролях: Мэри Элизабет Уинстед (Ли Монтгомери), Джеймс Паркс (Эдгар МакГроу), Омар Дум (Нэйт), Майкл Бакалл (Омар), Элай Рот (Дов), Квентин Тарантино (Уоррен), Моника Стэггс (Ланна Франк), Марси Хэрриел (Марси), Тина Родригес (Хуана).
Евгений Нефёдов, AllOfCinema.com
Рецензия
© Евгений Нефёдов, AllOfCinema.com, 12.09.2026
Авторская оценка 8/10
(при копировании текста активная ссылка на первоисточник обязательна)
Всё-таки жаль, что дистрибьюторы многих стран, включая Россию, поддались коммерческим соображениям и не отважились выпустить фильм в кинопрокат в том виде, в каком он был задуман, реализован коллективом авторов и вышел на американские киноэкраны. Ещё хуже, что премьера «Доказательства смерти»1, демонстрировавшегося в оригинале вторым (в сеансе по принципу «двойного билета»), оказалась назначена раньше, чем у «Планеты страха». Да, формально всё верно: хронологически события тарантиновского триллера (точнее, первой части повествования) произошли до того, как водворилась родригесовская кровавая феерия. Каскадёр Майк, безупречно подстроивший дорожную аварию, восстанавливает силы, смакуя послевкусие изощрённого убийства, на койке в палате того самого госпиталя, куда совсем скоро начнут поступать толпы агрессивных и заразных живых мертвецов. И техасские рейнджеры, сын с отцом, будут точно так же не в силах что-либо сделать с нашествием зомби, как не в состоянии доказать в суде вину трюкача…
Иными словами, надо совершенно не разбираться в творчестве современных приверженцев постмодернизма от кинематографа (особенно – Квентина, наступившего на горло собственной песне и прибегнувшего к традиционному, линейному сюжету), чтобы не догадаться о неслучайном характере подобного композиционного построения. Прихотливые манипуляции экранным временем раз за разом (от «Криминального чтива» /1994/ до «Города грехов» /2005/) служили основой для их художественно-философских – только так! – концепций. Осмелюсь утверждать, что и «Грайндхаусу» именно эта «незначительная» деталь не позволяет остаться лишь основательно, беззастенчиво развлекательным, начавшись со «скромного» (в замедленном темпе, с разных ракурсов) показа размозжённых голов сексапильных девушек в салоне автомобиля, чтобы завершиться лихим побоищем с рассвирепевшими, но распадающимися на куски мутантами.
Знание о том, что вскоре ожидает лечебное учреждение да и весь провинциальный населённый пункт, сообщает инциденту поучительный и, с позволения сказать, элегический оттенок, придавая привкус чуть ли не воздаяния за бездумное времяпрепровождение и безудержную маниакальность («крутость») поведения. Майк в очень точном (странно, что режиссёр сомневался, перебрав кандидатуры многих «звёзд» с богатым стажем) исполнении Курта Рассела ничем особым не выделяется на фоне прочих посетителей бара – и даже производит благоприятное впечатление. А кто, собственно, сказал, что причиной апокалипсиса станут (точнее, уже стали!) исключительно некомпетентные деяния продажных военных и учёных и что мелкие бытовые прегрешения обывателей будут списаны со счетов и забыты?!
Ещё Альфред Хичкок многозначительно предупреждал, что воздаяние за совершённое преступление может оказаться несоразмерно жестоким, как в «Психо» /1960/, или вовсе – последовать за потенциальные, допущенные лишь в мыслях прегрешения, приняв причудливые и необъяснимые формы (например, нападения стай птиц). Вот какое, воистину отдающее grind (‘размалыванием’, ‘лязгом’, ‘скрежетом’) послание сокрыто в подтексте кинопроизведения, внешне – не привлекающего к себе внимание ничем, кроме изысканных эстетских шуток и изобилия пародийных цитат, греющих душу истинного киномана… Напротив, с такой оговоркой и они приобретают свойство интертекстуальных гиперссылок, сообщающих дополнительные смысловые нюансы, а не просто оправдывают стилизаторские ухищрения постановщика, погружающего нас в атмосферу любимых «дорожных» триллеров и боевиков семидесятых.
Впрочем, Тарантино использует обозначенный художественный принцип и внутри собственного сегмента. Как только удивлённый зритель узнаёт, что действие переносится на четырнадцать месяцев и что ещё один городок (Лебанон, штат Теннеси)… живёт идиллической провинциальной жизнью, он невольно задаётся вопросом: а как же напророченная погибель планеты страха?! А никак… Людям, в подавляющем большинстве ленивым и нелюбопытным, абсолютно безразлично, как и что, – и это тоже отличительная черта общественного сознания XXI века. Квентин с готовностью поведал, что идея замысла родилась при просмотре купленного им фильма «Ликвидация» /1976/ с Оливером Ридом, у которого, как выяснилось в процессе сеанса, отсутствует кусок, содержащий важные для понимания фабулы сцены, – но который всё равно произвёл впечатление цельного произведения. Вот и увязка происшествий с участием Майка, логическая независимость которых так и объясняется в титрах (мол, часть киноплёнки пришла в негодность), оставлена на усмотрение аудитории. Каждый властен дать волю воображению, досочинив недостающие фрагменты – и выдвинув собственное предположение, почему участь одинаково разбитных женщин из двух разных компаний, словно перенесённых из «эксплуататорских» опусов, оказалась столь непохожей. Для автора же тут всё элементарно: Зои, мечтающая прокатиться на капоте легендарного Dodge Challenger 1970-го года выпуска, и Ким являются не просто коллегами наглого преследователя, но ещё большими автомобильными маньячками, обожающими время, когда кинематографисты не прибегали к компьютерной графике, а снимали сложные погони на натуре.
.
__________
1 – К слову, вопиющая ошибочность буквалистского перевода названия на русский язык становится очевидной в ходе беседы Майка с Пэм перед смертельной поездкой.
Прим.: рецензия впервые опубликована на сайте World Art (публикуется с дополнениями)
Добавить комментарий