Фантомас (1913): материалы

Яковлева Татьяна. Продолжение следует // Видео-Асс Известия. – 1988, № 04 (39). – С. 109-113.

СЕРИАЛЫ

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

Любители родословных, а также генеалогических древ, наверное, уже разобрались с прародителями сериалов – это Гомер и Шехерезада, «Парижские тайны» и «Рокамболь», романы с продолжением, комиксы и газетные «серии». А историки кинематографа и авторы солидных киноэнциклопедий (например, американец Эфраим Катц) попытались разграничить сериалы и серии, но все равно отдали пальму первенства французам, которые, может быть, отнюдь не первыми (а вслед за Томасом Эдисоном) изобрели кино, но устроили первые публичные платные показы, то есть своего рода серию киносеансов. И хотя коротенькие фильмы демонстрировались одни и те же (разве что менялись местами в программе), эти сборники можно считать предтечей сериалов.

ФРАНЦУЗСКАЯ ВЕТВЬ

Человечество, превратившееся в «публику», стало испытывать страсть к таким ощущениям, в которых знакомое (герои) переплетается с незнакомым (события), персонажи попадают все в новые и новые перипетии. Кинематограф открыл золотую жилу сериалов очень рано. Попытки представить Библию в виде серии «Страстей» предпринимались в различных странах в разное время, и, в частности, француз Викторен Жассе, считаемый отцом киносериалов, был ассистентом у режиссера Алисы Ги-Блаше, снявшей в 1905 году 25 эпизодов «Жизни Иисуса Христа».

В начале века дешевые книжечки о похождениях Ника Картера, Ната Пинкертона и многих других сыщиков и авантюристов издавались на всех языках огромными тиражами. Французская кинофирма «Эклер» сделала первую ставку на «Ника Картера» и выиграла. Жассе, изысканный и щедрый бонвиван, имевший опыт работы в театре, увлекся новыми возможностями съемок на натуре, использования динамизма кинодействия, сохранив верность театральному принципу ансамбля: из серии в серию переходят одни и те же исполнители, а главный герой актера Лиабеля становится необыкновенно популярен, и на его имя идут потоки писем не только из Франции (к этому моменту система «звезд» еще не сложилась, актеры были анонимны, и зрители запоминали их по именам персонажей). До 1914 года серии «Ника Картера» выходили с сакраментальной фразой финала, заимствованной из газет, печатающих романы: «Продолжение в

109

следующем выпуске». Успех сериала, как пишет Жорж Садуль, дал возможность фирме «Эклер» открыть филиалы в Нью-Йорке, Берлине, Москве, Вене, Милане. В то же время широкий прокат породил подражания: в Германии появился свой «Ник Картер», датская «Нордиск» выдала многочастевые «Рафлс – вор-джентльмен» и «Нат Пинкертон», франко-английская «Эклипс» тоже создала версию «Ната Пинкертона» и т. д.

«Эклер» не дремала и запустила в 1911 году сериал «Зигомар» (Зигомар – таинственный бандит в красном капюшоне) в режиссуре того же Жассе. Крупная столичная газета «Матэн», чуть опережая, печатала «Зигомара» на своих страницах, подогревая публику. Через два года Жассе, обладающий замечательным воображением и способностями сценариста, сам придумал персонаж для следующего сериала. Им стала женщина-бандит по имени Протея, одетая в черное трико (роль исполнила цирковая наездница Жозет Андрио). После внезапной смерти Жассе в возрасте 51 года «Протею» продолжили другие.

А его соотечественник Луи Фейад, начавший работать в фирме «Гомон», испробовал серийный метод в комическом («Младенцы») и бытовом («Забавная жизнь») циклах. Но это были короткие импровизации, снимавшиеся обычно за день – два. «Фантомас» дал Фейаду крепкую сценарную основу (роман Пьера Сувестра и Марселя Аллена выходил ежемесячно по книжке с 1911 года до первой мировой войны, на которой был убит ушедший на фронт Сувестр).

Первая серия экранного «Фантомаса» вышла в 1913 году и сразу стала сенсацией. Помимо логичной и стремительной линии сюжета, достоинств уверенной режиссуры, сериал имел еще одно качество, которое спустя десятилетия стало главным: многие сцены снимались в разных местах Парижа и его окрестностей, мы видим почти документально запечатленные сценки из жизни различных социальных слоев – ведь таинственный герой в маске превращался в доктора из высшего света, монаха, обычную деревенщину и т. п. Рене Наварр, исполнитель роли Фантомаса, вспоминал: «Фейад очень легко импровизировал на съемочной площадке, потому что к нам привык, а мы понимали его с первого слова и сразу делали то, что он хотел; у нас была настоящая бригадная работа». Труппа обожала постановщика. Он, кроме всего прочего, добился, чтобы актеры перестали выступать анонимно. С 1912 года их имена стали появляться на киноафишах.

Однако общественность упрекала авторов подобных сериалов в провоцировании анархических идей и даже преступлений. Но все-таки сенсационный успех «Фантомаса» перевешивал любые возражения, и в 1915 году Фейад, вернувшийся с фронта, приступил к новому сериалу – «Вампиры» по книжной серии Жоржа Мейерса. Стены Парижа покрылись рекламными щитами, с которых мрачно глядели персонажи в черных капюшонах, помещенные внутрь огромного вопросительного знака. Ответ люди отправлялись искать в кинотеатры. «Призрак», «Исчезновение мертвеца», «Сатана», «Составитель яда», «Владыка грома» и т. п. – названия говорят сами за себя. А символом «Вампиров» стала актриса под псевдонимом Мюзидора (Диана Монти) с огромными черными глазами и прекрасной фигурой, обтянутой черным трико. Мюзидора подчеркивала в воспоминаниях, что определяла свою героиню как «женщину-вампира, искусительницу, которая губит молодых повес из любви к искусству» (искусству любви, надо полагать).

«Вампиров» тоже гневно обвиняли в романтизации преступного и темного мира. В ответ Луи Фейад принялся в 1916 году за сериал, романтизирующий рыцарей порядка и закона – сыщиков. Это «Жюдекс», который день за днем публиковала «Пти паризьен». Главное место в цепи сюжетов занял детектив в черной бархатной куртке, широкополой шляпе, прикрывающей лицо, и в длинном плаще с серебряными застежками, который стал так же знаменит, как и актер Рене Креста, одетый в него.

110

АМЕРИКАНСКАЯ ВЕТВЬ

Американские кинопредприниматели бдительно следили за успехами европейской кинематографии и реагировали по-деловому. В конце 1913 года Чикаго запестрел объявлениями о том, что газета «Трибюн» начинает печатать «Приключения Кэтлин», а фирма «Зелиг» приступает к параллельному выпуску киносериала (разные режиссеры, но одна исполнительница главной роли – Кэтлин Уильямс). Ответный удар конкурирующей с «Трибюн» газеты «Чикаго геральд» оказался стремительным и победоносным. Этому предшествовала вполне детективная история отношений двух «акул» бизнеса масс-медиа – Херста и Патэ, которая закончилась совместным выпуском сериала «Опасные похождения Полины». «Чикаго геральд» начала его печатать, а в американском филиале Патэ приступили к съемкам киноверсии (режиссер Доналд Макензи по сценарию Чарльза Годдарда). Перл Уайт, бывшая опереточная актриса, играла роль дочери миллионера, которую преследует таинственная шайка, пытаясь убить каким-нибудь очень мудреным способом, но в последний момент она спасается от неминуемой ужасной смерти, чтобы к концу серии опасность вновь нависла над беднягой. Отсюда (задолго до явления Сильвестра Сталлоне) возникло понятие cliffhanger. «Опасные похождения…» триумфально прошли по миру, включая Россию, и сделали Перл Уайт звездой.

Во славу заокеанского филиала Патэ и истории американского сериала немало потрудился Луи Гаснье – бывший театральный актер и режиссер из Парижа. О своем знаменитом сериале «Подвиги Элен» (по роману Артура Ривса), который был известен во Франции и России как «Тайны Нью-Йорка», Гаснье вспоминал: «Мне приходилось не только режиссировать фильм, но и придумывать сногсшибательные приключения, причем работать очень быстро. Каждая серия обрывалась на самом интересном месте так, чтобы зритель замирал от волнения. И надо было все время сочинять, чем все это кончится, а это было очень нелегко. Все время меня преследовали неоконченные эпизоды». Красавицу-богачку Элен и на этот раз играла Перл Уайт. Среди главных партнеров Элен то верный рыцарь, то детектив, то бандит со скрюченной рукой (одна из серий так и называлась: «Скрюченная рука»), то главарь китайских бандитов и пр.

«Трибюн» приняла вызов Херста-Патэ и начала выпуск сериала «Тайна миллиона долларов» писателя Мак Грата на своих страницах, одновременно финансируя кинопостановку в фирме «Танхаузер» под руководством режиссера Гарольда Гензеля. В ту пору «Тайна…» стала одним из самых доходных сериалов в американском кино, но одновременно привела к мрачным последствиям: при разных обстоятельствах погибли продюсер фильма, исполнительница главной роли красавица Флоренс Лабали, а также один из режиссеров; тяжело заболел актер Джеймс Круз, который, к счастью, остался жив и стал потом известным постановщиком, в частности классического вестерна «Железный конь».

Успех сериалов превращался в эпидемию. Один из теоретиков кино сетовал: «Наш народ каждый день поглощает бесконечные истории вроде «Приключений Кэтлин», «Что случилось с Мэри?» или «Тайны миллиона долларов». С каждой новой серией, с каждым эпизодом публика постепенно тупеет. У Кэтлин нет никаких особых приключений; с Мэри тоже не случается ничего интересного. А подлинная тайна миллионов долларов заключается в вопросе, почему миллионеры, обладающие таким великолепным средством, как кино, пали столь низко, что занимаются всеми этими глупостями да еще навязывают их народу?». Вопрос завис в воздухе, пожалуй, навсегда.

РУССКИЕ, НЕМЕЦКИЕ И ПРОЧИЕ ОТВЕТВЛЕНИЯ

Луи Деллюк, один из выдающихся теоретиков и режиссеров кино, увидел положительный эффект одной из героинь сериалов в исполнении Перл Уайт: «Красивый жест, ловкость, удача всегда вызывали во Франции восхищение. Поэтому неудивительно, что Уайт, которая все умеет делать хорошо, сводит с ума своих зрителей. Посмотрев ее фильм, вам хочется водить машину, летать в самолете, скакать верхом, стрелять как Ястребиный Глаз, танцевать, боксировать, плавать, нырять – словом, делать все-все-все, а от сильного желания, право, не так уж далеко до его исполнения». В романтической оценке Деллюка есть истина – героический персонаж обобщает гипотетические черты национального образа и интерпретирует наднациональный абстрактный идеал.

111

Итальянская версия знакомых тем и героев воплотилась у талантливого Эмилио Гионе в сериалах «Серые мыши», «За-ла-мор», «Желтый треугольник», «Доллары против франков». Гионе сам снимался в главных ролях, принося на экран изящество и темперамент (его бандит во фраке был парафразом Арсена Люпена).

В Германии появился оригинальный фантастический «Гомункулус» Отто Рипперта и Альберта Нойса. Роль Гомункулуса – искусственно созданного существа – сыграл Олаф Фене, звезда датского кино. Режиссер Джоэ Май дополнил череду детективов придуманными им героями – Стюартом Веббсом и Джоэ Дебсом, которые дали толчок сериалам, в создании которых принимал участие Фриц Ланг, будущий гений немецкого кино. Фильмы из обоих сериалов хлынули на русский экран, и еще живы люди, помнящие героев «Таинственной виллы», «Пагоды», «Живого мертвеца» и «Крыс».

Русское кинопроизводство тоже старалось использовать тягу массового зрителя к лентам с продолжениями и вполне «творчески» осваивало сюжетные схемы. С 1914 года у Дранкова начал выходить шестисерийный «Разбойник Васька Чуркин» / «Русский Фантомас – Васька Чуркин». Главную роль играл режиссер Е. Петров-Краевский. «Русская быль» (как гласил подзаголовок) живописала подвиги знаменитого разбойника, который грабил богатых, помогая бедным. Одновременно предприимчивый Дранков выпустил «сенсационную драму» под названием «Сонька-Золотая ручка» / «Приключения знаменитой авантюристки Софии Блювштейн» с Ниной Гофман в главной роли. Всего до 1916 года появилось девять серий.

На вызов Дранкова отреагировало «Товарищество Ермольева», выпустив шестисерийную уголовную драму «Сашка-семинарист» / «Русский Рокамболь». Режиссером и сценаристом был Чеслав Сабинский, а в главной роли – Петр Бакшеев. Сериал имел огромный успех, сопоставимый с успехом зарубежных боевиков, которые еще долго крутились в русском и советском прокате, но у себя на родине к началу 20-х годов авантюрные сериалы выдохлись, их теснили «серии», объединенные совсем по другому признаку – по имени. Новая система кинозвезд сложилась во многом благодаря сериалам, но она же оттеснила их в битве за зрителя. Дуглас Фэрбенкс завлекал в залы с неменьшим успехом, чем Перл Уайт.

ДРУГИЕ ПЛОДОВИТЫЕ ВЕТВИ

Родословная сериала будет неполной, если ограничиться описанием только авантюрно-детективных лент. На самом деле, параллельно (а иногда и раньше) появлялись сериалы, сделанные в других жанрах и на ином материале. Их чаще называют просто сериями, поскольку в них не ряд событий, резко сменяющих одно другое на перекрестке серий, а цепь более-менее самостоятельных картин из жизни персонажа, скрепляющего фильмы своим характером и судьбой.

Самым ранним (1898 год) опытом использования одного и того же актера для создания серии маленьких кинолент была попытка англичанина Э. Коллинса. К сожалению, ни один из 30 эпизодов прасериала не сохранился. В 1900 году владельцы ярмарочного балагана, тоже англичане, выпустили серию фильмов о «Веселой Мэри». Но и об этом мало что известно. Однако факт для своего времени был знаменательным, и его заметил великий Эдисон, который выпустил серии с Джонсом-деревенщиной, Дедушкой и Бабушкой, Старой девой, Счастливым хулиганом и др. Жорж Садуль в «Истории кино» цитирует каталог, в котором сказано, что Счастливый хулиган был «бродягой плохой репутации, с которым случаются всевозможные непредвиденные приключения, из которых он выпутывается только для того, чтобы попасть в новые затруднения». Здесь вполне сформулирована типологическая суть сериала. Героиня другой серии Эдисона – Керри Нейшн, суфражистка, сторонница «сухого закона», которая с ужасом выясняет, что ее муж не трезвенник. В 1908 году американец Дэвид Уорк Гриффит, будущий великий режиссер, опережая систему кинозвезд, делает Флоренс Лоренс героиней серии бытовых комедий «Семейство Джонс», перипетии которых живо обсуждали зрители. Кстати, в одном из фильмов этого «сериала» дебютировал Мак Сеннет, получивший известность как основатель фирмы «Кистоун» и «крестный отец» всех знаменитых американских комиков, включая Чаплина.

Комические серии, объединенные персонажем-«маской», появились в Италии («Грибуй», фирма «Итала», 1907 – 1908 годы), но персонажи Андре Дида еще меняются, а общим в сюжетах остается только характерная черта героя – его поразительная тупость и идиотизм. Зато француз Макс Лин-

112

дер к 1910 году уже отфильтровал черты своего героя, создав постоянный образ денди-проказника и волокиты. Отныне во всем мире ждали фильмы про Макса, воспринимая их как нечто единое, варьирующее тему. «Макс и хинин», «Макс-законодатель моды», «Макс ищет невесту», «Макс и его теща», «Шлепанцы Макса» и т. п. – имя актера как манок фигурировало в каждом выпуске.

Нечто подобное произойдет позже с Чаплиным: после первой неудачной «маски» Чеза, злобного типа с большими усами, он гениально найдет образ своего бродяги Чарли. Первоначально Чаплин работал под руководством Мака Сеннета, который делал ставку на постоянный «коллектив», сам изобретал и стимулировал других придумывать множество гэгов, массовых погонь с целой толпой полицейских, выводил на экран группы «герлс» в купальниках, придающих пикантность грубоватым шуткам так называемых «немых комических».

Разумеется, комические сериалы из Европы и Америки немедленно перекочевали в Россию, вызывая подражания. Порой они оказывались довольно самобытными по характеру юмора и персонажам. В 1913 году «Ранков и Талдыкин» начинают выпуск серии фарсов с актером Виктором Авдеевым – «Дядя Пуд – враг кормилиц», «Дядя Пуд на свидании» режиссера Ю. Юрьевского. Всего вышло не менее 9 фильмов. Шарль Патэ тоже не мог упустить русский рынок. С 1911 года в его Московском отделении выходит серия о деревенском парне Митюхе, попавшем в столицу. В 1915 году студия «Люцифер» делает ставку на комического актера Антона Фертнера и начинает серию с «Антошей». Выходят не менее 15 фильмов в 1916 году: «Антоша в «щекотливом» положении», «Антоша и «черная рука», «Антоша-укротитель тещи», «Антошу корсет погубил», и еще шесть «Антош» успевают появиться в 17-м. Одним из последних был «Антоша-спекулянт» Дранкова, выпущенный, видимо, на злобу дня в сентябре фатального для России года.

Ханжонков тоже отдал дань потребностям публики и ангажировал для серии комедий актера Аркадия Бойтлера – «Аркашу». В 1916 – 17 годах вышли «Спиритический сеанс», «Тик», «Шутка» режиссера В. Ленчевского и «Аркаша-спортсмен, или Для любви преграды нет» режиссера А. Уральского. События первой мировой войны в комической интерпретации отразились в экранизации популярной в то время пьесы Е. Мировича «Вова приспособился» – о студенте, отпрыске аристократической семьи, попавшем на фронт рядовым. Идею прозорливого Дранкова воплотили режиссеры А. Уральский и А. Вернер. Александр Вернер же был и исполнителем главной роли в лентах «Вова на войне», «Вова приспособился», «Вова в отпуску». 1916 год вообще был на редкость урожайным в России на сериалы. Среди них популярная серия с «Лысым» (актер Райнольс) – за год у Дранкова вышло 15 фильмов с этим персонажем: «Лысый влюблен в танцовщицу», «Лысый-кинооператор», «Лысый у цыган».

После 1917 года выпуск сериалов в России надолго прекратился, хотя в прокате они продолжали крутиться. Остатки копий зарубежных серий, короткометражные агитки, кое-что из мировых новинок 20-х годов – советский кинопрокат кое-как перебивается, пока в середине десятилетия не начинается резкий подъем, связанный с появлением совсем нового кино и новых имен. К этому же времени завершается сама собой эпоха сериалов в мировом кино, на которую губительно повлиял приход звука (хотя первый звуковой киноцикл «Ас из Скотланд-Ярда» появился уже в 1929 году, а в 1936 был снят самый дорогой сериал в истории – фантастический «Флэш Гордон», стоивший около $ 350 тысяч, втрое больше других). Сериалы перекочевывают на страницы популярных комиксов – от «Дика Трейси» до «Супермена». Вокруг ветвистого древа почва на время засыхает. Пока не пробьется неподалеку спустя два десятилетия молодая и наглая поросль телесериалов. А еще через 20 лет начнет формироваться новая мода – на перенос действия с экранов ТВ в большой кинематограф, что окончательно станет чуть ли не навязчивой идеей в нынешние 90-е годы. Цикл замкнулся.

Наталья ЯКОВЛЕВА

113