Красивые деревни красиво горят / Lepa sela lepo gore (1996)
Полнометражный фильм.
Другие названия: «Красивые деревни и горят красиво» / «Красивые сёла красиво горят» (варианты перевода названия), «Красивая деревня, красивое пламя» / «Pretty Village, Pretty Flame» (международное англоязычное название).
Югославия.
Продолжительность 115 минут.
Режиссёр Срджан Драгоевич.
Авторы сценария Срджан Драгоевич, Биляна Максич по сюжету Вани Булича и Срджана Драгоевича, авторы диалогов Срджан Драгоевич, Никола Пеякович.
Композиторы Александр Хабич, Лазар Ристовски.
Оператор Душан Йоксимович.
Жанр: драма, исторический фильм, военный фильм
Краткое содержание
27-го июня 1971-го официальная кинохроника запечатлела важное событие — торжественную церемонию открытия Туннеля братства и единства, призванного соединить два региона СФРЮ, разделённых горами. Однако сооружение не было доведено строителями до ума даже к концу десятилетия, став любимым местом для игр двух мальчишек, Милана (Адмир Шехович) и Халила (Милош Джуричич). Когда вырастут, приятели окажутся по разные стороны баррикад в разразившейся гражданской войне в Боснии и Герцеговине. Волей случая первому из них (Драган Бьелогрлич) придётся держать оборону (рука об руку с несколькими боевыми товарищами) в злополучном туннеле, отбиваясь от превосходящих сил боснийских мусульман, к которым примкнул лучший друг детства (Никола Пеякович).
Также в ролях: Никола Койо (Веля), Велимир Живоинович (капитан Гвозден), Зоран Цвиянович («Спиди»), Драган Максимович (Петар «Профессор»), Милорад Мандич («Вилка»), Драган Петрович (Лаза), Лиза Монкю (журналистка Лиза), Марко Ковижанич (Марко), Барри Шабака Хенли (Рэй Тёрмен), Петар Божович (Слободан «Слоба»), Рената Ульмански (мать Милана), Вера Дедович (учительница), Драган Зарич (Назим).
Евгений Нефёдов, AllOfCinema.com
Рецензия
© Евгений Нефёдов, AllOfCinema.com, 15.09.2026
Авторская оценка 9/10
(при копировании текста активная ссылка на первоисточник обязательна)
Срджан Драгоевич как-то бросил в сердцах, что рекомендует каждому, кто мечтает о карьере кинорежиссёра, не выбирать эту профессию, несущую сплошные разочарования, безденежье, унижения. Ему самому повезло, поскольку удалось осуществить первую полнометражную постановку, по сути, в прежних – оставшихся от социалистической эпохи – условиях. Шумному зрительскому успеху фантазийной трагикомедии «Мы не ангелы» /1992/ не помешали даже нараставшие деструктивные процессы, охватившие территорию ещё совсем недавно процветавшего государства. Поработав некоторое время на телевидении, Срджан обратился к совсем иному материалу, задавшись целью попытаться осмыслить опыт гражданской войны, на момент запуска фильма в производство – не прекратившейся. Известно, что на счетах специально основанной компании Cobra Film Department удалось аккумулировать порядка $2 млн. (существенную финансовую поддержку оказало сербское министерство культуры), однако съёмки всё равно прерывались из-за недостатка средств. Премьера состоялась 9-го мая 1996-го, то есть уже после ратификации Дейтонских соглашений, и лента оказалась с энтузиазмом принята публикой в разных частях бывшей СФРЮ: известно о порядка 700 тыс. билетах, проданных в Сербии, 72 тыс. – в Словении, 50 тыс. – в Македонии. Вместе с тем вызывает недоумение (чтобы не сказать – негодование) отказ членов отборочных комиссий ведущих международных кинофестивалей включить картину в конкурс. Особенно отличился представлявший Венецианский МКФ Джилло Понтекорво, сам в прошлом создававший политически острые драмы, который заявил о неприемлемости «фашистского кинематографа».
Таким образом, детищу Драгоевича пришлось довольствоваться (в отличие от других выдающихся кинопроизведений, «Перед дождём» /1994/ Милчо Манчевского и «Андерграунд» /1995/ Эмира Кустурицы) менее престижными киносмотрами, но это не помешало признанию. Срджан даже получит приглашение из Голливуда, однако несколько лет сотрудничества с американскими продюсерами (дольше всего – с братьями Вайнштейн из Miramax) не принесут плодов. Фильм «Красивые деревни красиво горят» можно было бы окрестить постюгославским «Апокалипсисом сегодня» /1979/, сделав ехидную (вполне в духе авторов) оговорку: какая страна – такой и апокалипсис, такое и «сегодня». В основу сценария положена статья (позже расширенная до документальной повести «Туннель: красивые деревни красиво горят» /1996/), написанная Ваней Буличем – именитым столичным журналистом, главным редактором журнала «Дуга». Название же, по словам режиссёра, навеял отрывок1 из антивоенного романа Луи-Фердинанда Селина «Путешествие на край ночи» /1932/. Впрочем, в самом фильме эту фразу произносит белградский уголовник Веля, рассуждающий: «Красивые сёла красиво горят, а уродливые – остаются уродливыми, даже когда горят». Кроме того, мародёр, отвечая на вопрос о любимом фильме, с издёвкой называет голливудские «Улицы в огне» /1984/, бросая зажигалку в облитый бензином гараж Халила.
Всё верно, Драгоевич так и норовит снизить, «заземлить» высокий пафос, решительно уходя от драмы в стихию трагифарса. Оттолкнувшись от подлинного инцидента, имевшего место в сентябре 1992-го (тогда семерым из одиннадцати сербских бойцов удалось чудом вырваться из туннеля, где их восемь дней блокировали босняки), авторы не просто драматизировали события. Образ злополучного сооружения (где, по представлениям окрестной ребятни, укрылся мифический великан дрекавац) разрастается до размеров грандиозной метафоры. Братство и единство народов быстро сошли на нет вскоре после кончины Иосипа Броз Тито, о которой друзья-школьники узнают при пикантных обстоятельствах: печальную новость сообщают по радио в тот момент, когда они подсматривают за парочкой, уединившейся под сенью дерева для любовных утех. И вот теперь отряд оказался заперт, точно в ловушке, периодически отстреливаясь и стараясь не поддаваться на провокации.
Так называемые братья по оружию, обзывающие неприятелей «турками» (а в свой адрес выслушивающие не менее обидную характеристику «четники»), представляют собой сборную солянку. Тут есть самые разные типажи: от интеллигентного школьного учителя Петара с позывным «Профессор», проницательно замечающего, что война обнажает в человеке все лучшие и все худшие качества, до наркомана Брзи по прозвищу «Спиди». Никто из солдат не рвётся совершать подвиги и умирать за высокие идеалы, но по косвенным признакам можно догадаться, что и в противоположном лагере дела обстоят плюс-минус так же. Мало того, обе стороны при первой возможности (например, услышав любимую песню юности) обнаруживают, что сходств между ними – гораздо больше, чем различий: народ-то один. Кажется, ещё чуть-чуть – и будет совсем всё равно, что делать: вести перебранку с оппонентами, пытаться побороть жажду с помощью… мочи, продолжать отбиваться или пустить себе пулю в лоб. Волей случая там же оказалась американская тележурналистка, которая гибнет по роковой случайности (и, по иронии судьбы, перед объективом включённой видеокамеры).
Единственной фигурой, резко выделяющейся на фоне горе-воинов, является капитан Гвозден, убедительно сыгранный актёром-ветераном Велимиром «Батой» Живоиновичем, за которым ещё и тянется шлейф ролей в замечательных – героических и трагических – военных фильмах (от «Козары» /1962/ до «Папоротника и огня» /1965/, от «Битвы на Неретве» /1969/ до «Вальтер защищает Сараево» /1972/). Драгоевич, позиционирующий себя сыном представителей номенклатуры СКЮ среднего звена, открыто декларировал свои взгляды как коммунистические, а в 2010-м – вступит в ряды социалистической партии. Конечно, к его конкретным поступкам (включая отъезд в США в разгар бомбардировок Югославии силами НАТО) могут возникнуть вопросы, но искренность намерений – не вызывает сомнений. Вместе с тем, как честный художник, Срджан не имеет права не высветить вину и таких принципиальных людей, не сумевших уберечь соотечественников от кровавых междоусобиц, которым, к тому же, не под силу повлиять на ситуацию. В чём причина разразившейся бойни? В возложении чрезмерных надежд на конкретную, пусть даже выдающуюся, личность (Гвозден вспоминает, как прошёл пешком 350 километров, чтобы отдать последний долг Тито)? Или в утрате бдительности? В возникшем чувстве самоуспокоенности – в убеждённости в том, что теперь, в условиях резко возросшего благосостояния, народ не позволит увлечь себя примитивными националистическими лозунгами, поскольку, по идее, должен помнить о трагедиях недавнего прошлого?..
Строго говоря, авторы лишь намечают контуры рефлексии над будущим многострадальной, расколотой на куски отчизны. Тогда казалось (и казалось, признаем, справедливо) важнее замедлить всеобщее скатывание в пропасть, остановить насилие и кровопролитие. Основное действие обрамляют (помимо развёрнутых флешбэков) сцены в военном госпитале, где проходят лечение в том числе те, кому чудом удалось выбраться из туннеля живыми. Развязка – яростна до безумия. «Спиди» умирает на больничной койке, а «Профессор» оказывается бессилен остановить осатаневшего в своей ненависти Милана, ринувшегося посреди ночи (ползком!) прикончить вилкой раненого босняка, лежащего в соседней палате. Из краткого – сведшегося к обмену вопросами-обвинениями2 – разговора с Халилом (убитым взрывом артиллерийского снаряда) он явно не сделал должных выводов… Результат один: от красиво пылающих хат – к неохватной горе трупов. Исполнены скепсиса (и убийственного сарказма) заключительные кадры – фрагмент кинохроники, датируемой пока не наступившим июлем 1999-го года, когда сооружение удосужатся-таки запустить в эксплуатацию при содействии просвещённых европейцев, окрестив Туннелем мира. Увы, церемонию вновь омрачит досадный курьёз.
.
__________
1 – В переводе Юрия Корнеева звучит так: «Даже километров за двадцать хорошо видно, как горит деревня. Выглядит это весело. Днём, кажется, и смотреть не на что: жалкая кучка домов, которая теряется среди убогих полей, а ночью прямо представить себе трудно, до чего здорово горит».
2 – Халил осведомляется о своём (построенном с товарищем на пару) гараже, спалённом на глазах Милана, который в свою очередь – спрашивает, кто убил его мать.
Прим.: рецензия публикуется впервые
Добавить комментарий