Кризис среднего возраста (1997): материалы

Милосердова Наталья. Герои странного времени // Видео-Асс Известия. – 1998, № 04 (39). – С. 35.

ТЕКУЩИЙ СЕАНС

ГЕРОИ СТРАННОГО ВРЕМЕНИ

«КРИЗИС СРЕДНЕГО ВОЗРАСТА»

Сценарий Ивана Охлобыстина. Режиссер Гарик Сухачев. Оператор Владислав Опельянц. Художник Виктор Герасименко. Продюсер Анатолий Воропаев. В ролях: Дмитрий Харатьян, Михаил Ефремов, Евгения Добровольская, Александр Балуев, Федор Бондарчук, Иван Охлобыстин, Гарик Сухачев, Николай Пастухов, Татьяна Лаврова, Виктор Сумароков, Миша Ясючик, Даша Мороз, Анатолий Воропаев.

В аннотации на кассете фильм назван «поколенческим» – определение странное, а по сути – неверное. Фильм не о поколении в целом, а лишь о самовыражении компании приятелей из столичной творческой тусовки. Это их представление о дне нынешнем преподносится как образ «странного времени», а весьма условные «клиповые» персонажи – как типичные герои этого времени. Сегодняшняя их зрелость тоже скорее понятие лишь возрастное, так как образ жизни и мыслей у них скорее тинейджерский.

Впрочем, фильм и не претендует на глобальный анализ эпохи и общества. Скорее, это беглые зарисовки, эскизы из каждодневной жизни горожан, заключенных в чрево мегаполиса, как Иона в чрево кита. Эти картинки дополняются философствованием, облеченным в шутовскую форму, и вкраплениями снов-воспоминаний героя о детстве, каждый из которых начинается сказочным зачином: «В те прекрасные времена, когда у каждого было свое место в жизни» – что и определяет манеру повествования.

Герои условны: один и тот же актер изображает в фильме нескольких персонажей (правда, разделенных временем). Ирония отчасти спасает положение. А если ключом, раскрывающим авторский прием, взять афоризм одного из персонажей: «Черная икра и говно мажутся на хлеб одинаково» – все становится на свои места, и фильм перестает раздражать, а местами даже способен растрогать и развеселить: просто не следует относиться к нему более серьезно, чем авторы.

В картине несколько главных героев, самый главный – доктор Сергей (Дмитрий Харатьян), который пытается убежать от себя самого.

Его бросила любимая жена, и он, оставив научную работу в питерском институте, приезжает в Москву в состоянии, когда человеку все равно: сигануть с пятого этажа или употребить ЛСД. От прыжка он воздерживается, здраво рассудив, что ради этого не надо было ехать так далеко, а наркотик пробует. Устраивается на работу в «скорой». Его бригаду дополняют водитель Энджи (Гарик Сукачев) и медсестра Маруся (Евгения Добровольская).

Машина постоянно ломается, Энджи и Маруся так увлеченно обсуждают ситуации из бесконечных мексиканских сериалов, как будто это основа их личной жизни, и ничего другого в ней просто не существует. А Сергей с упорством и смирением святого пытается помочь болящим. При этом пациенты, которых мы видим, в первую очередь нуждаются в дружеской поддержке. Более того, первым двум: старику явно из «бывших», то бишь из советской элиты, и женщине, свихнувшейся от потери единственного ребенка, он, кроме сочувствия, ничем помочь и не может. И сделаны эти истории как эпизоды из тех же мыльных опер: сентиментально и душещипательно. Лишь третий пациент – живописец Гриша в колоритнейшем исполнении Александра Балуева – воспринимается как реальное лицо. Да оно и объяснимо: создатели картины явно не понаслышке знают жизнь художников разных профилей, стимулирующих творческий процесс многонедельными запоями.

При этом все персонажи без исключения симпатичны и обаятельны, ни одного «свиного рыла», из чего следует, что авторы настроены к человечеству вполне благожелательно. Загадочен и обворожителен Влад (Федор Бондарчук), коллега и друг Сергея. Он подкупающе заразительно проворачивает какие-то темные делишки, называет Сергея не иначе как «Братским Сердцем», себя – Сталкером, а Москву –местом гибели еще не прилетевшего корабля инопланетян или встречи всадников Апокалипсиса. В финале он многозначительно погибает в автокатастрофе и прощается с Сергеем по телефону уже с «того света», завещая ему – жить

И «розовый» герой Харатьяна надевает его «че-геваристый» берет и бросает легендарное: «Поехали!», знаменуя тем самым, что «новое поколение» выбирает каторжный, но благородный труд на благо сограждан.

Вообще для фильма характерны смесь псевдомногозначительности, присущей многим представителям богемы, но только им и интересной, с иронией, озорством, творческим хулиганством, которые, на мой взгляд, и есть самое привлекательное в фильме. Таков убойный – откровенно и весело пародирующий стиль Тарантино – эпизод «разборки» в баре: Сергея вызывают туда для оказания помощи раненому «боссу» в концертном исполнении Ивана Охлобыстина. Окровавленный, он, тем не менее, азартно, отстреливается и параллельно объясняет доктору достоинства своего одеколона («и пьется, и запах, знаете»), а также причину перестрелки («не в деньгах дело – а в уважении прав человека»). А в заключение спокойно покидает арену битвы, предложив противникам «додурачиться» в другой раз, а по поводу доктора распорядившись «накатить гуманисту в бубен, чтобы по судам не затаскали»…

Более стилистически цельна линия ретро: улица, шпана, подростковое самоутверждение и соперничество, первая любовь – соединение ностальгии, иронии и сентиментальности («три в одном») здесь органичны и уместны. Единственное, что коробит – слишком уж юны герои для любовных сцен, и, может, именно потому смотрятся в них фальшиво.

Хотя, надо признать, когда обнаженная девочка с распущенными волосами играет блюз на трубе обнаженному мальчику (снято деликатно, по плечи), а в это время за окном висят бумажные месяц и звезды, а в комнате листопад – это красиво и романтично. И пусть это – чистой воды клип. Если бы авторы не застеснялись этой ироничной, клиповой, балладной манеры повествования во взрослой части картины и не прикидывались бы реалистами (что у них совсем не получается), кино могло бы выйти вполне оригинальное, самобытное и по-новому поэтическое.

Наталья МИЛОСЕРДОВА

35