Любовник (1992): материалы

Бузи Ален. Музыка Дюра // Видео-Асс Премьер. – 1991, № 6. – С. 6-7.

МУЗЫКА ДЮРА

Любовник (L’amant)

Облезлые стены некогда голубого цвета, постель под москитной сеткой, жалюзи, пропускающие внутрь полоски света, уличный шум и влажный воздух. Это обиталище молодого китайца и есть фон, на котором развертывается действие фильма. Индокитай, 20-е годы. Безумная страсть на несколько месяцев сблизила юную девушку из французской общины и денди из китайской колонии в Сайгоне. Еще не обретя прочности, их отношения должны прекратиться. Девушка вынуждена возвращаться во Францию, а молодой человек, по законам своего клана, обязан жениться на богатой невесте. Но чем ближе час расставания, тем жарче объятия любовников.

Роман Дюра рассказывает о любви – Анно показывает ее. Камера не отворачивается, не блуждает в складках кисейного занавеса. Нам показывают совсем юную девушку и красивого азиатского мужчину, занимающихся любовью. В каком-нибудь другом фильме столь откровенно изображенные забавы персонажей воспринимались бы как порнография, но здесь подобные эпизоды – это ритм, движение разыгрывающейся у нас на глазах драмы. Не показав, нельзя объяснить эту любовь, и в самом романе переросшую в наваждение. Однако суть произведения Дюра заключена не только в любви, она и в обманчивости смутных, далеких воспоминаний, что постоянно бередят рану…

Анно мог бы сделать свою ленту эротической зарисовкой в экзотическом обрамлении быта старой колонии. Однако в изображении Индокитая он ограничился лишь несколькими кадрами Меконга и порта в Сайгоне. Атмосфера колонии передается множеством мелких, но очень точных деталей. Все это напоминает тщательно сделанную фотографию со штампом – «Произведение искусства». Пожалуй, фильм Анно более следует подходу Дюра, нежели сам роман… Настало время перевести эту кинематографическую версию французской книги на английский: произведение может претендовать на мировую известность.

Актеры разыгрывают отнюдь не романтическую историю, и напряженность фильма подчеркивается необыкновенной музыкой Габриеля Яреда. Тони Ленг, актер, знаменитый в Гонконге, но неизвестный в Европе, проявляет высокое искусство, соединяя восточную маску невозмутимости с западной страстью.

Чтобы оценить картину Анно, вовсе не требуется испытывать ностальгию по колониальному прошлому: режиссер оставляет в стороне идею сильного государства. Вместе с тем ему удается избежать и чрезмерного психологизма.

Алан БУЗИ

7

Машкова Анастасия. Мировой нимфетизм // Видео-Асс Известия. – 1998, № 1 (36). – С. 36-41.

Машкова Анастасия

Мировой нимфетизм

Вероятно, самым выдающимся поэтом нимфеточной прелести от кинематографа был Дэвид Уорк Гриффит. Признанный «отцом американского кино», он также стал и крестным отцом прелестных юных актрис Мэри Пикфорд, Бланш Суит, Мей Марш, сестер Констанс и Нормы Толмедж. Его фильмы, в том числе знаменитые «Нетерпимость» (1918) и «Рождение нации» (1915). построены вокруг экспансии грубого и похотливого мужчины, направленной на наивную и невинную девушку-подростка. А камерный шедевр Гриффита «Сломанные побеги» (1919) по сути в завуалированном виде предрешает коллизию набоковской «Лолиты».

Уже после ее первой экранизации, на переломе 50–60-х годов, заговорили об одноименном явлении в связи с приходом нового поколения киноактрис. Француженка Брижит Бардо, американки Мэрилин Монро и Элизабет Тейлор, итальянка София Лорен и другие молодые звезды поражали публику сочетанием детскости и чувственности, наивности и цинизма. Однако впоследствии все они отвергли свои девичьи амплуа, образы, предложенные первыми их режиссерами и продюсерами (зачастую по совместительству мужьями и любовниками). В книге интеллектуалки и главной феминистки Европы Симоны де Бовуар «Брижит Бардо и синдром Лолиты» доказывалось, что исполнительница роли Бабетты отнюдь не сексапильная куколка, но сущая воительница.

В 1965 году вышла картина анг-

37

личанина Ричарда Лестера «Сноровка… и как ее приобрести». Главную роль в ней исполнила некрасивая и угловатая Рита Ташингем, а в эпизодах дебютировали сразу три хорошенькие актрисы. быстро вошедшие в моду и сделавшие блестящую карьеру: Шарлотта Ремплинг, Джейн Беркин и Жаклин Биссет. Они идеально соответствовали актуальному в то время типажу а-ля топ-модель Твигги – невероятно худые, с мальчишеским силуэтом, изломанной пластикой, копной непослушных волос. В отличие от Бардо и Монро, эти звезды казались странными и дерзкими, в них был налет инфантильности, развращенности, неявной истеричности. Сии нимфетки взрослели с большим трудом и сегодня следы бурной юности на их лицах странно противоречат детскости высказываний и манер.

38

Пожалуй, опыт французских (и немногих итальянских) актрис доказывает, что «этап Лолиты» – закономерный и не самый плохой в жизни женщины. Почти все галльские актрисы, от Мишель Морган и Даниэль Дарье до Марины Влади и Анук Эме, включая Доминик Санда, Изабель Юппер, Изабель Аджани, Роману Боринжер и Ванессу Паради. дебютировали между тринадцатью и семнадцатью годами, находили своих Пигмалионов и запечатлелись в облике нежных отроковиц, говоря набоковским языком. Нечто невероятное происходит с кумирами 90-х: Жюльетт Бинош, Жюли Дельпи, Ирен Жакоб, Беатрис Даль, полуфранцуженка-полунемка Настасья Кински как бы законсервировались в виде тинейджеров на про-

39

тяжении всего десятилетия. Впрочем, пример заметно изменившейся после рождения ребенка Софи Марсо доказывает, что и здесь все идет естественным путем.

Куда сложнее судьба актрисы-нимфетки в англоязычных странах. Француз Луи Маль сотворил из американской девочки Брук Шилдс новое воплощение Лолиты, и она навсегда осталась исполнительницей одной роли, «прелестным ребенком», долго отстаивая статус «последней девственницы Голливуда». Не задалась карьера Джейн Марч, сыгравшей юную французскую писательницу Маргерит Дюрас в экранизации ее автобиографического романа «Любовник» (о первом романе, пережитом еще в 15-летнем возрасте). Дети-звезды 70-х Татум О’Нил, Мюриэл Хэмингуэй. Линда Блэр не раскрыли себя, повзрослев. Куда более успешные Джоди Фостер и Дрю Бэрримор заслужили репутацию испорченных девчонок. Трудно сказать, как сложится судьба еще одной американки, Натали Портман, приобретшей славу нимфетки по вине француза Люка Бессона («Леон»), поскольку в картине большого знатока данного типа женщин Вуди Аллена «Все говорят, что я тебя люблю» она что-то не впечатляет.

В последнее время из Голливуда выпорхнула стайка актрис неопределенного возраста, например, Джульетт Льюис, Уинона Райдер, Милла Йовович, Ума Термен, Лив Тайлер. Для них термин «нимфетки» – не пикантный эвфемизм, он уже не шокирует. В самом деле, кому придет в голову интересоваться, сколько лет девушкам, рекламирующих унисекс-парфюм или джинсы «Келвин Кляйн».

41

Джейн Марч. Та, «что надо» // Видео-Асс Премьер. – 1996, № 33. – С. 89-91.

Джейн Марч

Та, «что надо»

Она познакомилась с Жан-Жаком Aннo, который искал героиню для фильма «Любовник», в день своего 17-летия. До этого режиссер, одуревший от ежедневной почты кандидаток и присылаемых ему фотопортретов из Франции, Венгрии, Японии, Польши, устроил в саду гигантский костер из этой корреспонденции. Он вскрывал конверт, видел «не то» лицо и тотчас бросал его в пламя.

«Я просмотрел тысячи изданий с самыми красивыми моделями, но ни одна не привлекла моего внимания. Их глаза были пусты, как аквариум без рыб. И случайно мне под руку попался дешевый журнал Just Seventeen («Только семнадцать»), напечатанный на туалетной бумаге, на обложке которого красовалась угловатая девчушка. Я пролистал страницы и обнаружил, что каждый раз она позирует внутренне иначе. Я разыскал малютку, и как только она вошла в мой кабинет, был очарован ее застенчивостью и нелепой попыткой казаться гордой и надменной. Она была очень хрупкой внешне, но с необыкновенной жесткостью во взгляде, выдававшей твердый характер.

89

Я сделал кинопробы. В ней была какая-то изломанность томной дамочки, в то время как она была ребенком, девочкой, явно комплексующей. Я был потрясен. Показал позже пробы режиссеру Клоду Берри, на что он сказал: «Никогда не видел такого. Хотя нет, постой-ка, один раз. Это была Настасья Кински».

Итак, кроха ростом метр пятьдесят восемь получила роль. До этого она жила в мрачном и скучном английском Пиннере, ее отец был учителем в лицее, а мать продавала газеты.

«С 9 лет я точно знала, что у меня не будет такой же жизни, со мной должно что-то произойти! В школе мне говорили, что я красивая, и что у меня удивительная походка, из-за чего не любили девочки и дружить приходилось с мальчишками. Однажды я купила билет до Лондона и направилась в агентство моделей, адрес которого нашла в справочнике. Мне предложили сделать серию фотографий, хотя и с оговорками: «Ты еще слишком маленькая».

Жан-Жак с первого дня знакомства знал, что роль будет отдана Джейн.

«В ней потрясающая внутренняя сила, целеустремлённость. Ведь она из бедной семьи. Смешно, но Марч ещё долго сохраняла привычки своего круга: брала самые дешевые такси, провонявшие и неудобные, никогда не курила предложенных сигарет, докуривая «бычки». Она всегда мечтала вырваться – именно это я и почувствовал при нашей встрече. Девушка долгое время откладывала мою встречу со своими родителями, стыдясь их скромного одеяния. Помню, как они были обескуражены чистой крахмальной скатертью в ресторане, куда я их вместе с Джейн пригласил на разговор, как стеснялись дорогих, по их мнению, блюд, опускали глаза. Сама Джейн была красная, как помидор, боясь, что теперь-то я уж точно от нее откажусь. Я предупредил их о том, какие трудности ждут девочку на съемочной площадке: нервные срывы, рваный график работы,

90

отели, сальные типы, усталость, проработка текстов роли, откровенно-любовные сцены. На мое последнее предупреждение родители ответили так: «Понимаем, ведь за ту цену, которую вы ей заплатите…».

С самого начала дебютантке было страшно и подумать о том, что предстоит сниматься обнаженной. Но наиболее ужасным оказалось симулировать оргазм.

«У меня, конечно же, были мальчики раньше, но я никогда не раздевалась полностью перед ними. А здесь толпа техников, звукооператоров, осветителей, и мне казалось, что все они алчно прилипают ко мне глазами. Для того, чтобы научиться «играть любовь», я постоянно смотрела «Девять с половиной недель» и «Жар тела». Я вспоминаю об этом периоде с болью».

Джейн рыдала и не спала ночами перед каждой эротической сценой, ее угнетало чувство собственного уродства. «Она приходила ко мне в кабинет перед съемками с красными от слез глазами, а я напоминал ей о том обеде в Лондоне, когда предупреждал: плачь, кричи, рычи, но будь готова к нужному часу. И девочка являлась на площадку царственной походкой, способная на любой творческий подвиг».

Юная актриса после «Любовника» повзрослела, изменилась. Уехала в Париж. Записалась в видеоклуб и по алфавиту стала смотреть все классические фильмы, о которых раньше даже не слышала. Когда Анно звонил ей вечерами, спрашивая, на какой она нынче букве, с гордостью заявляла: «На букве К, на Кубрике». Так же обстояли дела и с литературой. Она составила список книг и отчитывалась: «Сегодня я на букве Д, на Достоевском!». Затем ее пригласили в Голливуд, где красавица заблистала на афише рядом с именем «крепкого орешка» Брюса Уиллиса в детективе «Цвет ночи». Она уже не стесняется. В откровенно эротических битвах Марч достигла определенных высот. В газетах замелькали сплетни, прозрачно намекающие, что Брюс вряд ли смог устоять перед новой Лолитой. Дошло до комичного – актриса отправила письмо жене Уиллиса со словами: «Пожалуйста, не думайте плохого, между нами правда-правда ничего не было».

Пересуды прекратились, лишь когда малышка вышла замуж за голливудского киноворотилу, превратившись в строгую даму. Сейчас Джейн перелопачивает горы сценариев, выбирая «тот, что надо».

По материалам парижского корпункта «Видео-Асс».

91