Осторожно, двери закрываются (1998): материалы
«МЫЛЬНАЯ ОПЕРА» С БИФУРКАЦИЕЙ.
Осторожно, двери закрываются / Sliding Doors, 1998
Режиссер и сценарист Питер Хьюитт, оператор Реми Адефаразин. композитор Дэвид Хилшфедер. В ролях: Гвинет Пэлтроу, Джон Ханна, Джон Линч, Джоан Трипплхорн.
…По крупному счету, ситуацию, которая лежит в основе этого фильма, нельзя назвать оригинальной. Она многократно использовалась – от викторианских романов Томаса Харди (где судьба героев фатальным образом менялась из-за неполученного письма или из-за того, что кто-то кого-то не встретил) до последнего фильма Алена Рене «Курить/He курить». Не говоря уже об «Этой прекрасной жизни» Фрэнка Капры). Эта определяется в социокультурологии термином «бифуркация» – имеется в виду «точка альтернативных возможностей на траектории или в истории».
…Вот, например, известный швейцарский теннисист Марк Россе, проиграв в сентябре 1998 года USA Open, с горя изменил траекторию – загулял в Нью-Йорке, альтернативно отменив билет на самолет Swissair, который через час после вылета упал в Атлантику вместе с ведущим исследователем СПИДА Джонатаном Манном и другими 224 пассажирами. В фильме «Осторожно, двери закрываются» бифуркация происходит на момент движения ребенка к поручню подземного перехода. Он пересекает траекторию Хелен (Гвинет Пэлтроу), спешащей к закрывающимся дверям метро. В первом случае она успевает на поезд, во втором – опаздывает. В первом случае Хелен застает своего бойфренда (Джон Линч) в постели с прежней любовницей Лидией (Джоан Трипплхорн), и следует разрыв. Во втором – героиня приезжает позже, и до поры до времени ничего не меняется. Фильм прослеживает, ловко удерживая в своей нарративной структуре, оба варианта ее дальнейшей судьбы. Постоянное взаимодействие (местами даже внутри кадровое) сюжетов и вибрация на их стыках захватывают внимание и интригуют.
Фаны Гвинет Пэлтроу получили возможность всласть покайфовать от ее, безусловно, незаурядной работы по созданию двух раздвоившихся образов – одна Хелен в парике, другая с короткой стрижкой. Но если отвлечься от «авангардистского» хитросплете-
47
ния сюжетов и спокойно проанализировать действия персонажей, становится ясно, что сами по себе эти альтернативные истории не поднимаются над уровнем рядового «мыла». Вот их опорные элементы: «застала с другой» и «он не сказал, что у него есть жена, и я подумала, что он подлец, но оказалось, что он с ней не живет и собирается разводиться». Это не просто стереотипы. Это несущие конструкции самых пенистых мексиканских сериалов… При этом в фильме многовато искусственных ситуаций – неловких подпорок действия. Например, появление в окне стервозной любовницы, которая, по логике авторов, точно знает, когда именно главный герой откроет жалюзи. (Иначе ей пришлось бы стоять под окном днями напролет.) Или «принудительный», в угоду сюжету сфабрикованный кризис в финале, когда бесконечные препятствия мешают несчастному Джеймсу объяснить Хелен неправильно ею истолкованные отношения с бывшей женой.
Все это признаки «злостной» жанровости: управляемые сюжетом (plot-driven) персонажи превращаются в стереотипных марионеток – рабов шаблонных схем. Не говоря уже о стандартных актерских тайпкастах: Джон Ханна – однозначно само очарование, Трипплхорн – безвариантная гадина и садистка, Линч – законченный врун и вообще нехороший человек, получивший по заслугам.
В конце концов – в последних кадрах – героиня, встречается со своим любовником из параллельной истории (будущим возлюбленным) и обменивается с ним парой фраз – именно теми, что произносились в начале фильма. Таким образом параллельные сюжеты сходятся.
Мораль – от судьбы не уйти, что также в свою очередь стереотип. Конечно, существуют свидетельства о совпадающих в деталях жизнях (похожие жены, даты свадеб, рождения детей и смерти) разделенных сразу после рождения близнецов, когда «принудительная бифуркация» не срабатывает. Можно было бы предположить, что авторы пытаются нагрузить фильм многозначительностью, но все же подобный прием скорее объясняется стремлением к внешней занимательности, нежели к художественному качеству.
Между прочим, эта английская картина с двумя американскими актрисами (Пэлтроу и Трипплхорн) снята на американские мирамаксовские деньги. Все продюсеры знают: чтобы получить популярность в Англии, фильм должен быть хорошо принят в США. В «Дверях» есть интересный кадр с намеком – некий пассажир в метро читает газету, на странице которой можно разглядеть заголовок «Очень английский оскаровский триумф» к рецензии на «Английского пациента». Если «Четыре свадьбы и одни похороны» удачно продали в Америку британскую эксцентрич-
48
ность и капризность, а «Полный мужской стриптиз» – гармоничное соединение недовольства нынешних рассерженных молодых людей с голливудским «хеппиэндизмом», то создатели «Осторожно, двери закрываются», явно заискивая перед заокеанской аудиторией, просто четко расставили флажки, по которым средний американец мог бы с радостью легкого узнавания опознать «английскость». В том числе по постоянному цитированию персонажами реплик из знаменитого ТВ-шоу Монти Пайтонов.
…Вот я все ворчу, а ведь жанру, так сказать, «чтиво» (или «смотриво») фильм вполне соответствует. Не могу найти ничего сколько-нибудь похожего в текущей российской кинопродукции (ну разве что «День полнолуния» Шахназарова, построенного на чисто формальном техническом приеме и, в общем, исключением), которая в отчаянных поисках, «к чему бы прислониться», заходится в стилистической истерике. Оказавшись в постсоветской экзистенциальной пустоте, вне уютного стойла абсолютно «холодного» (по Леви-Строссу) набора жанровых схем, наши кинодеятели хватаются за ржавые советские жанровые обломки (это касается как «Вора», так и «Хрусталев, машину!») и пытаются делать вид, что можно питаться старым металлоломом. А «Двери» демонстрируют прочность и состоятельность (даже возможность маленького внутреннего эксперимента) именно жанрового кино. Фильм напоминает изящную безделушку. Что-то вроде разделяющегося брелока для автомобильных ключей, при помощи которого можно открывать багажник, не глуша мотор. Забавно, приятно, устраняет мелкую раздражающую помеху, но не имеет ни одного сколько-нибудь существенного добавочного значения.
49
Добавить комментарий