Ширли-мырли (1995): материалы
Лындина Эльга. Киношоковая терапия? // Видео-Асс Премьер. – 1996, № 33. – С. 30-31.
ФЕСТИВАЛИ: АНАПА-95
КИНОШОКОВАЯ ТЕРАПИЯ?
Сюжетно-тематический фон «Киношока» был пестр и вместе с тем странно целостен. Сквозь него проступало то ли предчувствие перемен, то ли надежда. А вообще-то, «Киношок» продолжал шокировать: гран-при получила добрая, милая, традиционная экранизация пушкинской «Барышни-крестьянки». И то на фестивале, изначально декларативно опекавшем и выводившем в свет авангардистов, модернистов и прочих новаторов, манифестально зачеркивавших прошлое и отражавших резкие перемены в общественном сознании!
Премии традиционалистам выявили чуткость тех, кто в нынешнем году формировал программу – они уловили новую расстановку сил и эволюцию авторских настроений. Интересно было вести «рейтинг наполненности» просмотрового зала для кинематографистов. Он отражал степень заинтересованности профессионалов. Зал пустел, когда авторы (порой и достаточно талантливо) рассказывали о неврозах и страхах, уходе в небытие и любовании уходом. В этом направлении, как и прежде, лидировала петербургская школа, все еще охваченная ощущением глубокого нервного расстройства, ставшего основной составляющей психологической атмосферы их лент.
Олег Ковалов – известный киновед, один из лучших историков кино. Его решительный бросок в режиссуру был вызван желанием осмыслить духовную ауру конца века. Поначалу он работал с хроникой, а в Анапе показал свою первую игровую ленту «Концерт для крысы» (специальный приз жюри). В аннотации картина определена как «поэтическая фантазия на тему 1939 года по прозе Д. Хармса, трагикомическая панорама предвоенной жизни, пронизанная лиризмом и черным юмором». Мне же показалось, что слова о комическом – явное преувеличение. Полтора часа некто, заявленный как Поэт (Федор Коновалов) блуждал в потемках собственных кошмаров, рожденных временем. Суть почти каждого эпизода состояла в погружении его и без того темных мыслей в еще более темные глубины. Запоминается лишь сцена, в которой персонаж, весьма откровенно напоминающий Семена Михайловича Буденного (Петр Зайченко), яростно рубит кожаный муляж – видимо, символ ненавистного врага революции. Темперамент Зайченко так неукротим, что с ним живая жизнь действительно врывается в рационально мертвенные структуры картины. Коваловский же Поэт только ползал по полу, бежал от любви, не хотел и достойной смерти (подобающей Поэту). Кинематографисты бурно уходили с просмотра, устав от мрака и никуда не восходящей мысли.
Один из сценаристов этого «концерта» – Владимир Маслов, драматург, режиссер и актер (кстати, жизнерадостный и общительный человек) – стал соавтором сценария и петербургской «Деревянной комнаты», в которой также исполнил главную роль (а еще выступил сорежиссером Евгения (Офита). В этом фильме конструкция вообще стала самодовлеющей. На каком-то захламленном островке живут маргиналы, бомжи, люди, уходящие от мира. Герой Владимира Маслова запечатлевает на кинопленку местную фауну, отдавая предпочтение эротическим играм животных. Так он хочет понять самого себя, в чем ему помогает безымянная подруга (Татьяна Верховская) – молчаливая и работящая. Вот, играя в прятки, бегают по острову немолодые немытые мужчины с приспущенными штанами (оказывается, по мысли авторов, в этой неряшливости таится дисгармония во взаимоотношениях с миром). Вот, споткнувшись, падает и умирает подруга (так авторы видят бренность нашего земного пребывания). Жаль, но я недобро утомлена эгоистическими прихотями авторов. Видимо, никак не хотят они расстаться с присвоенным им лет восемь назад титулом «новаторов». Беспокоит такое самоуничтожение безусловно талантливых людей. Литовец Шарунас Бартас показал картину «Коридор» – о взорванной социальной устойчивости. Режиссеру дорог его смятенный, клокочущий и безмолвный мир, пораженный всеобщей депрессией. У людей-теней «Коридора» нет ни воли, ни, кажется, каких-либо желаний, ни цельного, осмысленного существования – все они только ищут свой угол. И – не могут найти. Фильм становится скорбной метафорой, обнажающей страшные застарелые язвы общества. Но, несмотря на то, что Бартас бесконечно разнообразен и искусен в отражении метаний, и к этому (за неимением на экране ничего другого) постепенно привыкаешь. А потом холодно, почти равнодушно воспринимаешь тоску режиссера.
Жизнь совсем не походит на вялую размытость и индифферентность, ставшие знаком качества у авангарда. Оба эти начала странно слились в картине Валерия Рубинчика «Пейзаж с тремя купальщицами» о любви немолодого оператора телевидения (Регимантас Адомайтис) и молодой женщины Лены (Ольга Бартенева). Все подчеркнуто оригинально: Лена живет в гостинице на дебаркадере, радом – какое-то «колдовское озеро», ухажер снимает фильм «Школа гейш». Авторы будто не хотят прикасаться к грубой реальности, а характеры героев принципиально отсутствуют. Единственное, что удалось Рубинчику, – так это эпизоды кинопроб, которые герой проводит с молодыми девушками. У режиссера все время допытывались, где ему удалось снять эти документальные фрагменты – настолько прекрасно, точно, комедийно сыграли найденные им дебютантки.
Дмитрий Томашпольский (Украина) не был оригинален в выборе сюжета о покойнике, который неожиданно вернулся с того света, обнаружил истинное к себе отношение близких и поспешно отправился обратно в мир иной. Но важна не фабула, а ее интерпретация. Увы! Режиссер сразу сбивает планку философского размышления, на которое претендует: художник Алена Демьяненко в решении загробного царства удивительно точно скопировала антураж провинциального пансионата среднего пошиба, а Томашпольский примерно так же сориентировал актеров, играющих жителей этого потустороннего мира. В результате история героя напоминает анекдот о муже, уехавшей в командировку.
Несколько серьезнее обращается с анекдотической ситуацией Пээтер Симм (Эстония). У него тоже присутствует момент возвращения и желания «врастите» себя в новую «старую»
30
жизнь. Да еще наивность детской мечты о захватывающем аттракционе «американские горки», который был желанен и недоступен маленькому ребенку сосланных в Сибирь эстонцев. «Американские горки» он в конце концов построит, а счастье в лелеемом с детства обличье так и не придет. Но Симм, к сожалению, почти тонет в обилии тем, мотивов и сюжетных линий. Каждый фрагмент завершается, трудно соединяясь с предыдущим, а это постоянно сбивает зрителей, тщетно надеющихся уловить суть происходящего.
Мотив детской мечты об «американских горках» – своеобразная цитата из «Гражданина Кейна». Цитаты пестрят и у Ковалова, и у Томашпольского – иногда закамуфлированно, иногда откровенно. Нынешние режиссеры весьма образованны. Но жаль, что «многия знания» не совпадают с эмоциональным началом, приглушенным или вовсе отсутствующем.
Фильм Владимира Меньшова «Ширли-Мырли» настойчиво определяется автором как трагифарс. На самом деле это попытка растянуть более, чем на два часа совсем не смешной анекдот о трех братьях-близнецах, рожденных русской матерью от русского, еврея и цыгана, о чем сами «близнята» до поры не знают (даже ненавидят друг друга). Анекдота хватает этак минут на двадцать, а потом все упорно топчется на месте – зато с криками, визгами, швырянием торта в лицо и пр., и пр. Не помог фильму и собранный Меньшовым актерский букет – Инна Чурикова, Вера Алентова, Армен Джигарханян и Ролан Быков. Конечно, Валерий Гаркалин, весело и живо сыгравший трех братьев, справедливо награжден премией за лучшую мужскую роль, но, как ни обидно, в последней трети картины и ему не достает сил в преодолении пустот драматургии и режиссуры. Хотя зрители Анапы смотрели «Ширли-Мырли» охотно – сказались желание увидеть любимых актеров и тоска по комедии.
На другом полюсе новых поисков – «Барышня-крестьянка», удостоенная Гран-при «Киношока». Картина мила, красива, в ней угадана (пусть и не во всем) наивно-ироничная и доверительно-подначивающая пушкинская интонация, его взгляд якобы сентиментального созерцателя, который на самом деле чуть скептически улыбается, глядя на страсти деревенских барышень и романтических барчуков. Идиллия оказалась дорога сегодняшним зрителям еще и потому, что в картине звучит мотив примирения, к которому приходят не только молодые счастливцы, но и отцы их (западники и славянофилы), – все радостно устремляются к ладу в доме и в жизни. Наверное, картина могла быть стройнее, если бы сценарист Житинский не стал несколько активнее, чем нужно, «дописывать» Пушкина в середине истории, а режиссер вовремя поставил последнюю точку в соответствии с финальным восклицанием Александра Сергеевича. Но очарование молодой актрисы Елены Кориковой (приз «Киношока» за лучшую женскую роль), мягкий юмор Леонид а Куравлева, теплота камеры Николая Немоляева – скрашивают фильм, возвращая к вере в житейские чудеса и в то, что сердца любящих непременно отыщут друг друга.
В этом году на «Киношоке» впервые работало жюри дистрибьюторов. Призер прокатчиков – Петр Тодоровский («Какая чудная игра»). Их надежды вполне могут оправдаться, и эта картина, возможно, тоже добьется зрительского успеха, благодаря своей обманчивой задушевности, которой всегда были отмечены псевдосоциальные пасторали режиссера. Тем более, что за эту работу он получил приз Большого жюри.
Как пастораль, вероятно, был задуман и «Приют комедиантов» о любви двух старых людей. А еще фильм планировался как бенефис восьмидесятилетней Лидии Смирновой – именно для нее писала сценарий Александра Камышова. Режиссер же Александр Александров заявил не без гордости, что, будучи профессиональным драматургом, не оставил ни единого слова от врученного ему текста. Он населил картину новыми персонажами, добавил в сюжет не только молодую пару (ах, как резвится на экране Иван Охлобыстин!), но и бородатого бомжа в собственном исполнении, ребенка в маске и других лиц, не имеющих никакого отношения к основной паре. Лента разваливается где-то уже на двадцатой минуте. Все в ней врозь, вкось, и только Воинов, играющий старого капитана, внушает симпатию вставными номерами. Экранизировав пьесу Горького «Дачники», Сергей Урсуляк снял картину недобрую, саркастическую по отношению к интеллигенции. Его герои – всего лишь жалкое, егозящее сборище, «ужасно пустые люди», которых вот-вот сметут мужики-погромщики. Жюри критиков наградило режиссера, полагая, что ему удалось талантливо открыть иронию писателя, грустно взирающего на никчемную дачную братию. А оператор Сергей Юриздицкий получил приз Большого жюри.
Фильм казаха Дарежана Омирбаева «Кардиограмма» вообще остался незамеченным. Жаль. Именно в этой картине, как, может, ни в одной другой, звучит подлинное сострадание и уважение к человеку, который не хочет быть сломленным, пусть ему только одиннадцать или двенадцать лет. Мир фильма насыщен, вбирает в себя многое из происходящего за стенами детского санатория, где разыгрывается драма ребенка, привезенного из глухой степи и соприкоснувшегося с цинизмом и жестокостью цивилизации. Режиссер бережен к национальному началу в ритмах, в красках, в мироощущении. Рамки нынешнего «Киношока» заметно расширились за счет фильмов стран СНГ и Балтии. Приехали мэтры советского кино из Туркмении, Узбекистана, Эстонии, Таджикистана, Литвы, Белоруссии. Собравшись вместе, тосковали о былом едином кинопространстве. Худо кинематографистам России, но много хуже их коллегам и друзьям в странах, где кино едва ли не умирает. Выход видится в объединении сил, в едином кинорынке. С будущего года «Киношок» становится международным фестивалем стран СНГ и Балтии. Этот факт очень конкретен и в то же время символичен. Возможно, он положит начало и другим благим переменам, в которых мы все нуждаемся.
Эльга ЛЫНДИНА
31
Батурин М. V фестиваль русского кино в Онфлере // Видео-Асс Известия. – 1998, № 01 (36). – С. 52-53.
ФЕСТИВАЛИ
Honfleur du 27 Novembre au lerDecembre 1997
V ФЕСТИВАЛЬ РУССКОГО КИНО В ОНФЛЕРЕ
27 ноября — 1 декабря
ОНФЛЕР, НОРМАНДИЯ, ПОБЕРЕЖЬЕ ЛА-МАНША
5е Festival du Cinema Russe
52
Он состоялся! Пятый Фестиваль русского кино в Онфлере, как и предыдущие четыре, принес успех организаторам – Издательскому дому «Видео-Асс» – и стали славой российского кинематографа на французской земле.
Онфлер – город на Нормандском побережье, где богатые парижане считают престижным иметь свои дачи, и куда обычные люди с удовольствием выезжают на выходные. А сто лет назад это курортное местечко приглянулось художникам, которые ценили яркость природных красок и прозрачность северного света. Их назвали импрессионистами. В центре Онфлера и сегодня более ста художественных галерей, а открытые мольберты стоят на каждом углу.
В 1997 году уже традиционный праздник открылся 27 ноября и продлился неделю. В программе Фестиваля – фильмы «Царевич Алексей» (В. Мельников), «Принцесса на бобах» (В. Новак), «Не валяй дурака» (В. Пиков), «Возвращение броненосца» (Г. Полока), «Ширли-Мырли» (В. Меньшов), «Крестоносец» (А. Иншаков, М. Туманишвили), проект «Му-Му» (Ю. Грымов). Ленты, с которыми только начинают знакомиться зрители в России, были представлены на суд французского жюри. Местное бюро «РИА «Новости» провело в Париже пресс-конференцию, посвященную Фестивалю. «TB-Центр», официальный партнер фестиваля, посвящает ему цикл своих передач.
Как сказал Президент Фестиваля русского кино во Франции Владимир БОРЕВ, в отличии от нефтяной трубы, которая выкачивает национальные богатства, экспорт культуры делает страну богаче, а ее духовное наследие содержательнее и разнообразнее.
Онфлер – новый центр русского кино в Европе.
М. Батурин, спецкорр «Видео-Асс»
53
«НЕ послать ли нам гонца» в Канн, или «НЕ ВАЛЯЙ ДУРАКА», КАМАРАД ШАПРОН
Владимир Ю. БОРЕВ
Жоэль Шапрон – это имя известно всем российским кинодеятелям. Именно он – обаятельный молодой француз, тонкий знаток русского языка и специалист по российскому кино – вот уже какой год подряд формирует «русскую» часть конкурсной программы Международного Каннского фестиваля. Или, вернее, не формирует: в течение нескольких последних лет не попадают наши ленты на самый престижный кино-форум мира.
Что тому виной? Тонкий вкус Жоэля Шапрона? Тощий бюджет Комитета по кинематографии? Чрезмерная национальная самобытность наших мастеров?
В параллельных показах (в залах на 15–20 человек) мелькнут то «Ширли-Мырли» Вл. Меньшова, то «Брат» И. Балабанова, раз в пятилетку на конкурс прорвется Никита Михалков, и это все. Может, на заре перестройки Канны пресытились российской «чернухой», в том числе и в экспортном варианте: «Умри, замри, воскресни» В. Каневского, «Луна-парк» П.Лунгина, а, может, есть иные, неведомые нам мотивы, но, на мой взгляд, россиянам пора писать ноту протеста.
Если бы мы были неграми, дирекцию Каннского фестиваля давно упрекнули бы в расизме. С цветом кожи нам не повезло. Однако, вспоминая великую эру Строительства Коммунизма, трудно найти год, когда национальный по форме, социалистический по содержанию, партиотический по духу и партийный по сути советский фильм не присутствовал бы в конкурсном списке Каннского кинористалища.
Кто виноват, что теперь все не так? Горбачев, затеявший перестройку, Ельцин, распустивший Союз, российский кинематограф, не ваяющий больше коммунистической кинопропаганды, так любимой в прошлом Каннской дирекцией? Жоэль Шапрон, не успевающий отсмотреть всех фильмов года?
Журнал «Видео-Асс» вот уже пятый год подряд проводит на территории Франции (в г. Онфлер) Фестиваль русского кино, где представляет французскому жюри и зрителю лучшие ленты национального кинематографа последних лет производства. В 1997 году специально пригласили Жоэля Шапрона в состав жюри Онфлерского фестиваля. С надеждой, что, увидев весь цвет российского кино, собранный воедино, он сочтет возможным показать понравившийся ему фильм каннской публике в конкурсной программе.
Надеемся, что хороший русский режиссер Валерий Чиков не станет преследовать нас за использование в заголовке статьи названий двух его фильмов.
55
ФЕСТИВАЛИ
ОНФЛЕР:
ЕВРОПЕЙСКАЯ столица русского кино
Онфлер, красивый курортный городок на побережье Нормандии, является, наряду с Довиллем и Трувилем, излюбленным местом отдыха парижан, с удовольствием проводящих здесь выходные и отпуска. Своеобразный пригород Парижа на берегах Ла-Манша находится в трех часах езды от французской столицы. Утопающий в зелени и цветах Онфлер знаменит не только своей живописной гаванью в самом центре, прямо перед городской ратушей, вдохновляющей по сей день многочисленных последователей импрессионистов, но и тем, что вот уже в третий раз гостеприимно распахнул свои двери перед участниками и гостями Фестиваля русского кино.
Идея создания Фестиваля принадлежит Владимиру Бореву, который, являясь его бессменным президентом на протяжении пяти лет, вместе с журналом «Видео-Асс», стал, по сути, основателем традиции проведения праздника русского кино во Франции.
Тот факт, что этот Фестиваль проводится в Онфлере, не случаен. Знаменитый Фестиваль американского кино проходит в соседнем Довилле. Как известно, при открытии второго фронта в 1944 году именно в Нормандии произошла высадка союзнических войск. Отсюда американцы после русских начали совместное победоносное шествие по Европе. Сегодня, более полувека спустя, мы продолжаем символический совместный десант. На этот раз культурный. А партнерами Фестиваля стали газета «Известия», «ТВ-Центр», Парижское бюро РИА Новости.
На Фестивале были представлены киноленты таких мэтров отечественного кинематографа, как Геннадий Полока («Возвращение броненосца»), Виталий Мельников («Царевич Алексей»), Владимир Меньшов («Ширли-Мырли»), а также фильмы Вилена Новака («Принцесса на бобах»), Валерия Чикова («Не валяй дурака…»), «Крестоносцы» Александра Иншакова и Михаила Туманишвили и «Кризис среднего возраста» Гарика Сукачева.
Возглавлял жюри известный французский кинорежиссер и продюсер Жак Дорфман, а в состав вошли Анни Скотти (один из директоров Каннского фестиваля), Жоэль Шапрон, формирующий, как правило, «русскую часть» конкурсной программы фестиваля в Канне, режиссер французского телевидения Жан Дошез и другие. Почетным гостем Фестиваля стала известная французская актриса Анни Жирардо.
Первое место, по единодушному мнению жюри и публики, присуждено фильму Виталия Мельника «Царевич Алексей», историческая версия трагической судьбы наследника Петра Великого. Это вторая часть после «Царской охоты» задуманной авторами трилогии из жизни русских самодержцев.
Приз зрительских симпатий получил Геннадий Полока за «Возвращение броненосца» – яркую и глубокую психологическую картину, переносящую нас в Одессу 20-х, где происходили в то время съемки «Броненосца Потемкин».
Приз за лучший сценарий, лучшую женскую и мужскую роли завоевал фильм Вилена Новака «Принцесса на бобах». История очередной Золушки, оказавшейся, в конце концов, самой настоящей принцессой, стала фаворитом Фестиваля. Награду лучшему исполнителю мужской роли Сергею Жигунову, являвшемуся одновременно и сопродюсером картины, вручила Анни Жирардо. В личной беседе эта актриса сказала, что была в восторге от картины, но с финалом категорически не согласна. Не может он быть таким неопределенным. Должна, должна эта замечательная женщина (Елена Сафонова) побежать навстречу своей судьбе и быть счастливой. Если это сказка, то у нее всегда счастливый конец. Обаятельный экс-гардемарин лишь грустно улыбнулся в ответ, а на словах заверил мадам Жирардо, что в следующей его картине (куда, откроем маленький секрет, легендарная Анни была приглашена на роль главной героини) все сложится совершенно замечательно. Остается только добавить, что у современной сказки о Принцессе на горошине своя finita, в которой женщина (особенно в его русском варианте), всегда в конечном счете остается на бобах…
Кульминационным событием Фестиваля явилось, конечно же. открытие памятника «Любви и одиночеству», которое состоялось при большом стечении представителей российских и французских СМИ. Очаровательная собачка с русалочьим хвостом покорила сердца жителей Онфлера и немедленно стала местом паломничества окрестных собаководов и ценителей прекрасного. Надпись на памятнике скульптора Цесслера немно-
100
гословма: «Му-Му. Жертвам любви. Проект Юрия Грымова». А мэр города произнес проникновенную речь, в которой благодарил учредителей Фестиваля и создателей скульптуры за прекрасный подарок городу.
И для французов, и для многочисленных русских зрителей, приехавших сюда из разных уголков Франции и Бельгии, Фестиваль стал праздником не только кино, но и российской культуры. Во время Фестиваля работал своеобразный Русский центр, где была организована выставка работ современных художников из галереи Марии Космолинской. Особый интерес посетителей вызвала экспозиция Сергея Муратова. Необыкновенные художественные образы, возникающие на расписных яйцах из дерева, завораживают и притягивают, открывая занавес в мир красоты и добра, созданный мастером. Работы Муратова находятся в галереях и частных коллекциях многих стран мира, а теперь его «Москва златоглавая» украшает и здешнюю городскую мэрию. «Онфлеру, французской столице русского кино, на память от столицы российской», – с этими словами подарок был вручен мэру г-ну Мишелю Ламарру.
В день закрытия Фестиваля был организован концерт и заключительный фуршет на 300 человек. Гости наслаждались дивным голосом Альбины Борисовой, выступление которой вызвало бурю аплодисментов публики, и дегустацией изысканного коньяка «Меуков». Единственного, кстати, из всех французских коньяков, предки производителя которого – выходцы из России.
Итак, 5-й Фестиваль закончил свою работу. Подведены итоги, вручены призы. Начинается подготовка нового, 6-го, Фестиваля русского кино во Франции…
Елена АНТОНЕНКО
Онфлер
1997
После вручения медали мэрии Владимир Меньшов стал почетным гражданином городам. Теперь здесь каждая собака мечтает с ним сфотографироваться
101
Добавить комментарий