Совершенно серьёзно (1961): материалы

Васильев Андрей. … от балбеса слышу // Экран – детям. – 1989, № 04. – С. 12-13.

… от балбеса слышу

Гость этой страницы – народный артист СССР Юрий Владимирович НИКУЛИН

– Первый фильм! Не помню. Помню только ужас от того, что в зале, погасили свет. Зато первый, который помню, помню до мелочей. До такой, например: стоит представительный охотник-негр, весь в амулетах, с копьем и ковыряет в носу. Впрочем, это не мелочь. Я в ту пору был большой мастер поковырять в носу. Страшно обрадовался, что дядя негр поможет это мое увлечение как-то узаконить в глазах взрослых. Заорал со страшной силой: «Вот видишь, папа!..»

– Похвальная приверженность к реализму.

– Реализмом в ту предвоенную пору называлось совсем другое. Хотя я по молодости лет в этих тонкостях не разбирался. Сильное, помню, на меня произвело впечатление, когда убитый в спектакле Чапаев вышел на сцену кланяться. Кино таких сюрпризов не преподносило. Хотя нет! Во время войны, когда кинопередвижки приезжали прямо на позиции, нам показывали такой сюжет. К кадрам гибели Чапаева в фильме братьев Васильевых добавляли специально снятый для поднятия боевого духа финал. Утонувший было Василий Иванович выныривал у противоположного берега реки, где его встречали солдаты в форме времен Великой Отечественной. Он им кричал что-то, вскакивал на коня, выхватывал шашку и мчался рубать фашистов. Наверное, тогда такой финал был необходим.

– Если возможно, Юрий Владимирович, припомните главное для вас открытие в кинематографе.

– Чаплин. Он не был у нас так популярен, как Тарзан в послевоенные годы. В него не играли во дворах. Но я предпочитал Чаплина всем остальным кумирам…

– …И благодаря ему захотели стать актером?

– Нет, режиссером. Позже, уже в цирке, я кое-что «списал» у другого комика – Бастера Китона. Абсолютную его серьезность, которая и смешила всех до слез.

– Раз уж мы добрались до цирка, объяснитесь, как вас угораздило изменить кинематографу?

– Я не виноват. Еще в армии решил податься во ВГИК. Основания были веские: успех в художественной самодеятельности. Поспал в приемную комиссию три фотографии в романтических позах и считал, дело сделано. Кто же откажет фронтовику. Так вот, фронтовиков записалось на экзамены восемь тысяч. Мест было двадцать. И вот я – у стола приемной комиссии. В центре – знаменитый режиссер Сергей Юткевич. Остановил меня сразу после «вороне где-то бог послал кусочек сыру»: «Спасибо, говорит, достаточно». Я подумал: мудрый человек, сразу распознал талант. А он, оказывается, не распознал: «По мнению комиссии вы для кино не годитесь. Не фотогеничны. Что это такое! Ну, лицо на пленку не ложится». Отправился я восвояси.

– Чем же вы в таком случае объясните первую измену цирку?

– И опять я не виноват. Уже лет десять работал в цирке, как вдруг пришел ко мне ассистент режиссера фильма «Девушка с гитарой» и доверительно предложил: «Подзаработать хочешь!» Я испугался. Сказано ведь было самим Юткевичем, что «лицо на пленку не ложится». Соглашусь, ассистента подведу. Но жена уговорила. Прихожу, сидит артист Жаров, спрашивает у режиссера: «Этот, что ли, на роль пиротехника! Правильно, такой все может взорвать». По сценарию мне полагалось изобрести «фейерверк типа салют», который в результате взрывается. Вышло славно.

– Что такое, по-вашему, популярность?

– Однажды, мальчишкой, встретил на улице Жарова и хвостом ходил за ним часа два. Так что на «Девушке с гитарой» у нас была вторая встреча. О первой он, естественно, не знал. А для меня она стала незабываемым событием. Пример понятен! Могу привести еще один. Приехали мы с Вициным и Моргуновым выступать в пионерлагерь. Выступали сорок

12

минут, а автографы давали часа полтора. И отказать было невозможно.

– Странно, ведь ни «Пес Барбос», ни «Самогонщики», ни «Операция Ы», ни «Кавказская пленница», где снималась ваша троица, не считаются детскими фильмами. Хотя я каждый из этих фильмов в детстве смотрел по доброму десятку раз.

– По-моему, деление фильмов на детские и недетские очень приблизительно. Как и актеров на комических и серьезных. Когда мне дали прочитать сценарий «Когда деревья были большими», я очень удивился, узнав, что предлагают главную роль. «Вы же меня только в комедиях могли видеть»,– спрашиваю у Кулиджанова. «Я тебя вообще в кино не видел,– отвечает,– только в цирке».– «Так я не сыграю»,– «А играть не надо, надо жить». Кстати, этот грустный и добрый фильм режиссеру советовали снять как комедию. А был случай, когда мы снимали серьезную картину о воспитании молодежи «Жизнь меняется», а получили в результате комедию «Неподдающиеся». Иногда мне кажется, что режиссеры задают себе будущий фильм, как урок. И заданность мешает смотреть. Хотя, может быть, я слишком разбираюсь в кино. Разучился быть простым зрителем.

– А как учились?

– Самоучка. Помню, правда, в одном кинотеатре, в который все время ходил по копеечному абонементу, был такой дядя Коля. И в темноте постоянно раздавался его голос. Поучал героев, объяснял непонятные по дядиколиному мнению сцены. Мы его очень хорошо понимали. Зато нынешних киноведов бывает порой очень трудно понять. С дядей Колей, по крайней мере, спорить было можно.

– Напоследок, Юрий Владимирович, хочу задать вам все-таки исторический вопрос. Как образовалась ваша троица?

– Лучше спросить у Гайдая. Мы с Вициным и Моргуновым друг друга до «Пса Барбоса» не знали. Но сработались на удивление легко. Значит, правильным был выбор. На роль Бывалого претендовало человек двадцать. На роль Труса четверо. А когда пришел я, Гайдай шепнул ассистенту: «Балбеса искать больше не надо».

– Надеюсь, вы ответили достойно?

– Я согласился молча.

Беседу вел Андрей Васильев

Андрей ВАСИЛЬЕВ
Журналист – «золотое перо». Работает в газете «Московские новости». Публикуется во многих газетах и журналах. Всем нужен. Очень занят. Пишет по нашим заданиям, потому что ему интересно.

13

Ильченко Сергей. Повелитель смеха // Костёр. – 1995, № 04. – С. 24.

КИНОВИДЕО

ПОВЕЛИТЕЛЬ СМЕХА

Евгений Моргунов, Георгий Вицин, Юрий Никулин – одно перечисление этих имен непременно вызывает улыбку уже у нескольких поколений наших кинозрителей. Это блистательное актерское трио стало символом советской кинокомедии 60–70-х годов. А созданием этой троицы и образов Бывалого, Труса и Балбеса мы обязаны непревзойденному мастеру киносмеха, режиссеру Леониду Иовичу Гайдаю.

Вспомните (а кто не видел, обязательно посмотрите!) короткометражный фильм «Пес Барбос и необычный кросс». В нем столько юмора, изобретательности и неподдельного веселья!

Даже не верится, что длится он менее 10 минут, ведь его герои, незадачливые браконьеры, успевают пережить столько забавных приключений. Не менее уморителен был и следующий фильм Гайдая – «Самогонщики». А последовавшие за ними «Операция «Ы» и «Кавказская пленница»! Многие фразы, слова, и даже интонации стали «крылатыми», вошли в повседневную речь, а песенка о белых медведях стала настоящим шлягером тех лет. Однако пик популярности Леонида Гайдая пришелся на конец 60-х годов, когда появилась «Бриллиантовая рука». В этой картине режиссер снова собрал целое созвездие прекрасных актеров: Юрий Никулин, Анатолий Папанов, Андрей Миронов, Нонна Мордюкова. Только за первый год показа фильм в Советском Союзе посмотрели более 70 миллионов человек. Успех картины был ошеломляющим.

В 70–80-е годы Леонид Гайдай переносит на экран произведения классиков сатирического жанра: «12 стульев» Ильфа и Петрова, «Иван Васильевич меняет профессию» Булгакова, «Не может быть!» Зощенко. Самой заметной работой 90-х годов и, к сожалению, его последним в жизни фильмом стала веселая и динамичная кинокомедия «На Дерибасовской хорошая погода, или На Брайтон-бич опять идут дожди». Как всегда, блестящая режиссура занятной истории сотрудничества КГБ и ЦРУ в борьбе против русской мафии в Америке, с участием Дмитрия Харатья-на в роли суперагента, сделали фильм очень популярным.

Артисты, работавшие с Леонидом Гайдаем, вспоминают, что в жизни он был исключительно серьезным и неулыбчивым человеком. А вот его фильмы неизменно переполняет безудержное веселье, добрый юмор и очень часто – едкая сатира. Они – остроумны и увлекательны, сделаны с виртуозным мастерством.

Юные читатели, по просьбе которых мы попытались коротко рассказать о творчестве Леонида Гайдая, уже успели полюбить его прекрасные киноленты. И надеемся, эта любовь – на всю жизнь.

Ведь встреча с картинами Гайдая – всегда праздник!

Сергей ИЛЬЧЕНКО

24

«Я – человек сильный» // Костёр. – 1995, № 10. – С. 22.

«В № 4 «Костра» вы рассказывали о режиссере Леониде Гайдае и о веселой троице – Моргунов, Вицин и Никулин. Про Никулина ваш журнал потом написал отдельно. А мне бы очень хотелось прочесть хоть что-то об артисте Моргунове».

Наташа ПРОСКУРЯКОВА, Петербург

«Я – ЧЕЛОВЕК СИЛЬНЫЙ»

Зима. Стайка нахохленных, насквозь промерзших людей ожидает пропавший во времени троллейбус. К остановке подходит внушительного вида мужчина и предлагает… передвинуть массивную стойку с указанием маршрута этак метров на 10 вперед, дабы ускорить встречу с заплутавшим транспортом. Озабоченные, озлобленные лица озаряются улыбками, и люди безропотно двигаются с тяжелой стойкой наперевес вслед за огромной фигурой инициатора этого необычного мероприятия. Становится теплее и веселее.

В добродушном толстяке нетрудно узнать известного артиста Евгения Моргунова. Но это не кадр из нового фильма. Таков актер в жизни – без грима, без света юпитеров. Мистификатор, любитель розыгрышей, прекрасный рассказчик и сильный человек. Для зрителей же он в первую очередь – Бывалый из фильма «Пес Барбос, или Необычайный кросс». Именно этот образ притянул к себе, как магнит, остальных членов гениальной комедийной тройки «Моргунов–Вицин–Никулин». А получилось все, как считает Моргунов, случайно.

На съемки фильма «Две жизни», где артист исполнял отрицательную роль белого офицера, попал создатель Союза кинематографистов, знаменитый режиссер Иван Пырьев, который как раз в это время рассматривал сценарий украинского писателя Олейника «Пес Барбос». Пырьев лично утвердил Моргунова на роль Бывалого, а режиссеру Гайдаю поручил самостоятельно дополнить тройку. Гайдай пригласил уже снимавшегося у него Вицина, Вицин предложил кандидатуру веселого московского клоуна Никулина. Находка оказалась триумфальной – только «Самогонщиков» купили в свое время 68 стран! Маска Бывалого была настолько яркой, что буквально «приклеилась» к актеру. И хотя Моргунов считает, что отрицательные герои в искусстве просто необходимы, немного обидно, что талантливого артиста, сыгравшего в 80 фильмах, большинство наших зрителей знает только по этой роли. А ведь были, были же и другие! Но, похоже, отрицательные герои никак не могли обойтись без актерского дарования Моргунова.

Когда-то в начале карьеры Моргунову предлагали сыграть роль Сергея Тюленина в фильме «Молодая гвардия». Но Фадееву понравился артист Сергей Гурзо, и Моргунову пришлось исполнять роль предателя Стаховича, перешагивая все условности. понимая, что в искусстве, каким бы ни был путь актера, все решает только талант. Может быть, другой бы и испугался такого «старта», Моргунов – нет. Да и для того, чтобы играть отрицательные роли столь часто, как это выпадало артисту, тоже нужна завидная смелость. Наверное, эта отвага была заложена в Моргунове с детства, возможно, именно благодаря ей он и стал артистом.

Мало кто знает о начале его актерского пути. В 1943 г. Моргунов был… учеником фрезеровщика на Сокольницком вагоностроительном заводе им. Кагановича, выпускал снаряды для фронта. Но в душе была мечта играть. И он, не мудрствуя лукаво, пишет письмо – кому бы вы думали? – самому Сталину с просьбой «послать его в искусство». Через два месяца Сталин присылает Моргунову рекомендацию, и смелый молодой человек поступает в школу-студию А. Я. Таирова. Как показало время, отчаянный этот шаг не был напрасным. Сегодня Евгений Моргунов не только народный артист, замечательный режиссер, он еще – живая легенда российского кинематографа. А о себе самом он говорит так: «Жизнь – штука интересная, хотя и весьма странная. Несмотря ни на что, чувствую себя счастливым. Талантливых людей много. Сильных мало. А я – человек сильный».

Рисунки Е. АЛЕКСЕЕВОЙ

22