Про уродов и людей / Pro urodov i lyudey (1998)
Алексей Балабанов энергично отбивался от обвинений морально-этического плана, всячески подчёркивая аморализм замысла, притом что не лишённое провокативности название (между прочим, выбранное взамен нейтрального рабочего варианта «Тихие люди») воспринимается, как ни крути, оценочным…
