Джереми Айронс публично оправдывался за своё участие в ленте, уверяя, что остро нуждался в деньгах (из-за купленного в Ирландии замка), а кроме того, хотел доставить радость сыновьям, частенько резавшимся в «Подземелье драконов». Но он – из тех уникальных артистов, что, кажется, не умеют быть на экране неубедительными…
Режиссёр уловил самую суть разразившегося кризиса, необходимыми и достаточными условиями которого стали два фактора: неуёмная, всё возрастающая тяга к потреблению – при равновеликом, лишённом меры стремлении кредитно-финансовых институтов к извлечению прибыли, парализовавшем сдерживающие механизмы…
Далеко не тривиальная интрига Дюма-отца оказалась не усложнённой, а, наоборот, варварски спрямлённой; то же касается и мотивации поступков действующих лиц, на экране – куда более плоской, чем на страницах книги. Уоллесовская «отсебятина» начинает сильнее всего раздражать под занавес…
Постановщик, визитной карточкой которого всегда было умение создавать яркие, визуально броские образы, усиленные клиповым монтажом, сам загнал себя в невыгодные условия. Там, где приходится довольствоваться полутонами, психологическими нюансами, умолчаниями, он – явно не в своей тарелке…
Картина предлагает не то чтобы упрощённую, а, скорее, укороченную версию щедрой на драмы хроники одной состоятельной и влиятельной фамилии, оказавшейся неразрывно связанной с событиями большой истории – истории маленького государства, однажды приковавшего к себе взоры всего мира…
На языке, доступном для самых юных зрителей (но и не вызывающем отторжения у их родителей), авторы повествуют о сложных, в каком-то смысле – ключевых проблемах человеческого существования. О благородстве и подлости, о беззаветной любви и гложущей душу ненависти…
И Человек из стали способен, не ведая о том, принести горе и страдания, и деяния Чёрного рыцаря, самовольно присвоившего себе полномочия судьи, прокурора, присяжных и палача, не всеми воспринимаются безупречными с морально-этической точки зрения. Резонно!..
Ведь, согласимся, стоило ограничиться внешней, событийной стороной, отбросив стилизаторские и интертекстуальные поиски писателя, осмысление им функции автора, принадлежащего (и постоянно напоминающего о том читателю) к XX веку, – и суть первоисточника передать бы не удалось…
На наших глазах происходит маленькое чудо. То, что казалось очевидным, постепенно обрастает огромным количеством нюансов, зарождающих разумное сомнение в обоснованности вынесенного приговора. Не благодаря ловкости адвоката, уподобляющегося факиру…
Синхронизация и дистанционный контакт двух нервных систем (не эфемерных душ, а нервных систем), считавшиеся главными отличительными особенностями сканнеров, достигаются и Мэнтлами, приводя к трагическим последствиям…
