За прошедшие пять лет ситуация радикально изменилась. Строго говоря, о новой попытке сближения речи уже не идёт, однако Дашков чуть ли не заново обретает смысл наскучившего, осточертевшего существования, узнав о рождении на чужбине дочери…
Если в «Моцарте и Салье», «Грейпфрутовом соке», «21.00» и т.д. межклассовые противоречия служат лишь поводом для демонстрации пресловутых «элементов сладкой жизни» (в представлении «новых русских», а не простого советского управдома Варвары Плющ), то у Андрея Звягинцева – не так…
Смысл причудливого названия раскрывается под занавес, когда Лариса, соседка и подруга Ольги – дама с характером, уверяющая, что вполне довольна тем, что воспитывает сына в одиночку, даёт хлёсткую характеристику её избраннику. Чего Дашков боится?..
С одной стороны факт постановки французских пьес, премьер французских кинофильмов, выступлений французских музыкантов и т.д. как таковой помогал народу не поникнуть духом, но с другой – существовал риск если и не прослыть коллаборационистом, то, как минимум, пасть в глазах истинных патриотов…
