При всём обилии блестящих талантов, которыми итальянское киноискусство одарило человечество в свой наиболее плодотворный период (примерно три с половиной десятилетия, начиная с момента окончания Второй мировой войны), фигура Федерико Феллини не имеет себе равных. Кому-то, конечно, могут быть ближе достижения Микеланджело Антониони, Лукино Висконти, Пьера Паоло Пазолини, но вряд ли кто осмелится не признать величия маэстро, находившегося как бы вне конкуренции. Да что там говорить! Он выступает олицетворением самого понятия режиссуры даже в массовом сознании, косвенным свидетельством чему служат российские шлягеры (1).
Будущий кинематографист родился 20-го января 1920-го года в Римини в семье Урбано Феллини и Иды Барбиани. Несмотря на слабое здоровье, его творческие способности проявились уже в детстве, а особо сильное впечатление на мальчика произвели цирковые представления. В юности Федерико подрабатывал карикатуристом и сочинителем текстов для рекламы, варьете, радио. Крёстным отцом Феллини в киноиндустрии можно считать Роберто Росселлини, который привлёк молодого человека к написанию сценария драмы «Рим – открытый город» /1945/, положившей начало неореализму.
Федерико прошёл отличную школу кинодраматурга, прежде чем приступил к режиссуре, сняв (на пару с Альберто Латтуадой) «Огни варьете» /1950/. При желании уже в этой картине обнаруживаются приметы феллиниевского стиля, который, впрочем, обрёл полную силу в следующей, самостоятельной постановке – в «Белом шейхе» /1952/. Начинающему режиссёру во многом принадлежит честь открытия ведущего итальянского комика Альберто Сорди, который неподражаем в образе кумира фотокомиксов Фернандо Риволи, соблазняющего невинную девушку Ванду. А уже «Маменькины сынки» /1953/, где тот же актёр сыграл одну из лучших ролей (инфантильного Альберто), вызвали мощный художественный резонанс, взяв на Венецианском МКФ «Серебряного льва».
Таким образом, Федерико стремительно ворвался в число крупных мастеров, удивляя (и провоцируя бурную общественную полемику) каждой новой работой. В «Мошенничестве» /1955/ он повествует о судьбе профессиональных жуликов, выдающих себя то за посланников церкви, то за государственных чиновников, вытягивая последние деньги у доверчивых сограждан. «Дорога» /1954/ была по праву охарактеризована постнеореалистическим кинопроизведением – в том смысле, что раздвигала рамки славного течения. Режиссёр не отказывался от освещения социальных реалий (на сей раз – на примере бытования труппы бродячих артистов), но насыщал повествование метафоризмом. Финал, несмотря на гибель Джельсомины (эту роль проникновенно сыграла Джульетта Мазина, супруга и муза маэстро), оставлял зрителя со светлым чувством…
Нечто похожее характерно и для «Ночей Кабирии» /1957/, посвящённых горькой участи римской проститутки (вновь в исполнении Мазины), которая, уж казалось бы, на что научена горьким опытом, а всё равно не может не верить в лучшее. Нечестные мужчины пользуются доверием наивной женщины, но… витальное начало, к счастью, одержит верх над желанием совершить самоубийство после очередного циничного обмана.
Следующим шагом вперёд стала «Сладкая жизнь» /1960/, произведшая фурор в Канне. Несмотря на скандал, связанный с откровенным показом нравов богемных столичных кругов (и, соответственно, дразнящими элементами эротики), фильм быстро завоевал репутацию шедевра. Пресса справедливо отмечала, что режиссёру удалось исчерпывающе поведать о нравах высшего общества Италии периода экономического бума. Особые похвалы заслужил Марчелло Мастроянни, воплотивший образ Марчелло Рубини – журналиста, чья склонность к рефлексии над сложившимся положением вещей всё-таки не позволяет ему вознестись над средой, обрести смысл существования.
Этот мотив получил продолжение и, по сути, достиг апогея в следующей полнометражной (2) феллиниевской постановке – «Восемь с половиной» /1963/, отмеченной Гран-при на Московском МКФ. Тот же Мастроянни предстаёт альтер эго Федерико – кинорежиссёром Гвидо Ансельми, мучительно размышляющим над новым замыслом, причём размышляющим в тот момент, когда пора приступать к съёмкам. Картина принадлежит к числу самых глубоких произведений за всю историю киноискусства по степени погружения в бездны подсознания человека, а точнее, человека творческого, ищущего, мятущегося…
Получив статус живого классика, Феллини продолжил эстетические поиски. «Джульетта и духи» /1965/ (лента стала подлинным бенефисом дражайшей Джульетты Мазины), новелла «Тоби Дамит» в «Трёх шагах в бреду» /1968/, наконец, «Сатирикон» /1969/ получили неоднозначные отзывы и даже стали поводом для разговоров о некотором кризисе в карьере маэстро, но незамеченными точно не остались. Как бы то ни было, затем следует новый творческий подъём.
Изящный телефильм «Клоуны» /1970/ и пронзительный «Рим Феллини» /1972/ послужили своего рода прологом к ещё одному бесспорному шедевру Федерико. «Амаркорд» /1973/ пронизан автобиографическими мотивами, погружая зрителей в пору детства, но вместе с тем – является бескомпромиссным антифашистским фильмом.
Искренне поразил «Казанова Феллини» /1976/, воспринимающийся фантазией на тему биографии знаменитого венецианца, мечтавшего остаться в истории разносторонне одарённой личностью, однако запомнившегося потомкам почти исключительно как неутомимый соблазнитель представительниц прекрасного пола. Что же касается «Репетиции оркестра» /1978/, «Города женщин» /1980/, ленты «И корабль плывёт» /1983/, становилась всё очевиднее склонность автора к жанру притчи. Выступало на первый план стремление поведать о мире иносказательно, с обилием парадоксальных наблюдений.
В «Джинджер и Фреде» /1986/ и особенно в «Интервью» /1987/, вновь отмеченном главным призом ММКФ, чувствуется желание Феллини подвести итог бурного творчества. Однако «Голос Луны» /1990/, снятый по роману Эрмано Каваззони (и оказавшийся последней постановкой маэстро), доказывал, что он ничуть не утратил задора и жажды жизни. Увы, Федерико Феллини почил в бозе 31-го октября 1993-го года – и в последний путь обретшего успокоение гения провожала вся Италия…
__________
1 – Имееются в виду композиции «Феллини» с альбома «25-й кадр» /2001/ рок-группы «Сплин» и сингл «Федерико Феллини» /2021/ дуэта Galibri & Mavik.
2 – В перерыве – увидела свет остроумная новелла «Искушение доктора Антонио» в коллективном киноальманахе «Бокаччо 70» /1962/.
© Евгений Нефёдов, 24.05.2026
Решение чиновников Министерства культуры Италии выбрать для списка ста фильмов, «которые должны быть сохранены», кинопроизведения, увидевшие свет в промежутке между 1942-м и 1978-м годами, удивления не вызывает: именно в данный период национальная кинематография по праву претендовала на мировое лидерство…
Таким образом, Федерико Феллини вместе с Туллио Пинелли и Эннио Флайано лишь внешне следуют канонам занимательного жанра, делая упор на внутреннюю, морально-психологическую (гуманистическую, как подчёркивал Федерико) интерпретацию характера…
Автобиографический характер замысла виден невооружённым глазом. В данной связи невольно отмечаешь про себя присутствие младшего брата режиссёра по имени Риккардо, равно как и решение Федерико озвучить собственным голосом обращённую к подростку Гвидо прощальную реплику Моральдо, отважившегося покинуть родной городок…
Режиссёр попросил нескольких кинодраматургов (среди них – известный немецкий писатель Клаус Манн, старший сын Томаса) придумать не связанные одна с другой истории, но на съёмках нередко отходил от текста сценариев, практикуя импровизации. Тем не менее произведение не распалось на самостоятельные сегменты…
Начинающему кинематографисту пришлось преодолеть массу трудностей, возникавших с первого же съёмочного дня, и на ходу постигать техническую сторону ремесла. Тем не менее результат оказался очень достойным. Чего только стоит похвала маэстро Роберто Росселлини…
Со временем стало даже модно обвинять членов жюри Каннского международного кинофестиваля 1960-го года (во главе с писателем Жоржем Сименоном) в недальновидности и чуть ли не конъюнктурности. «Золотую пальмовую ветвь» тогда вручили «Сладкой жизни»…
Впрочем, Феллини не был бы самим собой, если б лирика не соседствовала на экране с меткими сатирическими зарисовками, со слепками умонастроений, с вереницей ярких и забавных характеров. Его метод идеально соответствует специфике телешоу, готовящегося в спешке…
Исходный замысел был ещё более амбициозным: предполагалось, что постановку сегментов осуществят Орсон Уэллс (как сообщила пресса в июне 1967-го года, мэтр присмотрел сразу два произведения – «Маску Красной смерти» и «Бочонок амонтильядо»), Луис Бунюэль и Федерико Феллини…
Разумеется, Федерико давно не нужно было никому и ничего доказывать – и сложно не согласиться с тем, что не только его кинопроизведения заслуживают пристального внимания, но и сам творческий процесс, процесс рождения и воплощения в жизнь замысла, покажется интересным многим…
Федерико и кинодраматург Тонино Гуэрра, разумеется, сознательно опираются на давнюю кинематографическую (а также живописную, литературную и т.д.) традицию представления пассажиров и экипажа пассажирского судна в качестве своеобразной модели цивилизации…
