Учитывая, что прежде кинематографистами настойчиво проводились параллели с грандиозными батальными сражениями союзников по антигитлеровской коалиции с немецко-фашистскими агрессорами, уже не удивляешься их намерению теперь – косвенно воспеть подвиги моряков…
Радует, что много экранного времени занимают собственно батальные эпизоды: поединки на мечах, штурм неприступного замка, наконец, кульминационная сеча, величественная и масштабная. На поле брани решается судьба мифических существ, обязанных выстоять в смертельной схватке уже не между собой, но – с жестокосердыми тельмаринами…
Так и получается, что призыв «открыть глаза», адресованный заботливой избранницей Эймсу, приобретает незапланированный иронический смысл: не следует отдавать предпочтение копии, каким бы техническим совершенством она ни отличалась – и сколько бы долларов США ни поглотила в процессе создания…
Поездка современного Дон Жуана оказалась «ложным движением» – в том понимании, которое вкладывал в эту метафору, назвав так свой фильм, немец Вим Вендерс, ещё один антониониевский последователь и косвенный учитель самого Джармуша. Джонстон не достиг поставленной цели…
Пролог с налётом Люфтваффе на Лондон призван подчеркнуть исторический контекст, приблизив фильм к оригинальному замыслу К.С. Льюиса, начавшего писать роман в 1939-м, в год нападения Германии на Великобританию, и постаравшегося предельно доступно поведать о той опасности, что таит в себе поклонение сотворённому кумиру…
Сознательный и очень сильный уклон в стихию мелодрамы всё-таки не помешал Дэвиду Финчеру реализовать философский потенциал, заложенный в замысле, который вынашивался, кстати, очень долго: права на киноверсию продюсер Рэй Шарк приобрёл ещё в разгар рейганомики, так и не сумев запустить фильм в производство…
Помещённая в заключительные титры оговорка (творчество Стефана Цвейга послужило источником вдохновения) с одной стороны обеляет постановщика от обвинений в плагиате, а с другой – отметает упрёки в непростительно вольном обращении с текстом литературного оригинала…
Злополучный поезд, безостановочно несущийся сквозь снега по железной дороге, постепенно изнашивающейся, – потрясающе ёмкий символ глобальной цивилизации в состоянии, достигнутом к началу XXI века…
Уэс Андерсон обладает редкостным даром видеть в заурядных бытовых ситуациях высокий, почти библейский (обратим внимание на аллюзии на Ноев ковчег и потоп, усиленные музыкой Бенджамина Бриттена) смысл…
