Тело будет предано земле, а старший мичман будет петь / Telo budet predano zemle, a starshiy michman budet pet (1998)
Полнометражный фильм.
Другие названия: «Тело будет предано земле, а старший мичман будет петь» / «The Body Will Be Buried, and the Senior Midshipman Will Sing» (международное англоязычное название).
Россия.
Продолжительность 101 минута.
Режиссёр Илья Макаров.
Автор сценария Константин Мурзенко.
Композиторы Валерий Алахов, Евгений Фёдоров.
Операторы Валерий Мартынов, Генрих Маранджян.
Жанр: комедия, криминальный фильм
Краткое содержание
Актриса по имени Светлана (Евгения Игумнова) с вызовом уходит из театра. Композитор Максим (Андрей Барило) вынужден за долги выступать диджеем в ночном клубе, принадлежащем бандитам. Бизнесмен Игорь (Александр Лазарев-мл.) вместе с приятелем (Александр Строев) похищают из морга тело Капитана (Илья Шакунов) — влиятельного наркоторговца, связанного с поставщиками из Колумбии. Волей случая пути этих людей, ещё недавно не ведавших о существовании друг друга, пересекаются…
Также в ролях: Лилия Азаркина (Марина), Алексей Севастьянов (Миша), Сергей Русскин (Мишель), Михаил Пореченков (помощник Марины), Алексей Девотченко (режиссёр в театре), Станислав Ландграф (актёр), Елена Воробей (горничная, в титрах как Елена Лебенбаум).
Евгений Нефёдов, AllOfCinema.com
Рецензия
© Евгений Нефёдов, AllOfCinema.com, 20.10.2025
Авторская оценка 6/10
(при копировании текста активная ссылка на первоисточник обязательна)
Эта «чёрная» комедия с причудливым – «километровым», как сказали бы итальянцы – названием увидела свет совместными усилиями киностудии имени Максима Горького и кинокомпании «Жёсткое время», получившей официальное наименование в честь другого фильма по сценарию (написанному с Максимом Пежемским) Константина Мурзенко. Илья Макаров, выпускник ЛГИТМиКа, считался тогда перспективным театральным режиссёром, чьими стараниями спектакли Омского театра для детей и молодёжи снискали известность в том числе за рубежом. В дальнейшем он, к сожалению, переключился на телевизионную продукцию, притом что дебют одарил надеждой на появление нового таланта в российской киноиндустрии. А вот кинодраматург, чьи излюбленные приёмы и постоянные мотивы (не говоря уже про приверженность изящным, остроумным диалогам!) видны в картине невооружённым глазом, продолжит заявленную линию.
Представляется в высшей степени знаменательным, что премьера детища Макарова и Мурзенко состоялась 1-го марта 1998-го – за три недели до того, как Владимир Бортко вынес на суд зрителей свою драму «Цирк сгорел, и клоуны разбежались» /1998/. Кинопроизведения фиксируют на экране, по сути, одни и те же социальные реалии, и даже натура в обоих случаях – питерская. Разница заключается в отношении авторов к «преддефолтной» России. Художник советской закалки видит исключительно безотрадное настоящее и ещё более мрачное будущее, а его альтер эго прилагает колоссальные усилия, чтобы не утратить слабеющую волю к жизни. Представители же постперестроечного поколения – ни на секунду не забывают о присутствии духа и спасительной самоиронии. Вопрос не в том, кто одержал верх в споре мировосприятий – в моменте или с высоты прожитых лет. На поверку обе позиции сыграли, убеждён, немаловажную положительную роль, когда историческая катастрофа страны (и целой цивилизации) казалась близкой как никогда.
Конечно, постмодернистской лёгкости Квентина Тарантино и Роберта Родригеса нашему соотечественнику до обидного не хватает – пусть вошедший в раж Игорь и сравнивает себя с героем Антонио Бандераса (только вооружённым пистолетом серебристого цвета, а не из воронёной стали). И не иначе как скромные финансовые возможности не позволили снять масштабную кульминационную перестрелку, вынудив довольствоваться приёмом отражённого действия. Тем не менее события изложены занятно и вполне отвечают пространному эпиграфу – мирским песнопениям1 из сборника (иллюминированного манускрипта) «Carmina Burana». Вспомним, как Максим, не выдержав, запускает завораживающую кантату Карла Орфа (ту самую, под которую Капитан торжественно совершил акт суицида в концертном зале), шокировав тусующийся контингент. Однако хозяин ночного клуба мгновенно пресекает выходку, резонно спросив: «Ты чё, диджей Смертельный?». Русский (точнее, «новорусский») фатализм в преддверии Миллениума принял форму дерзкого заигрывания с Фортуной, которая, как известно, улыбается смелым.
.
__________
1 – Текст хоровой поэмы на стихи средневековых вагантов приведён во вступительных титрах (в переводе Сергея Ошерова):
О Фортуна!
Ты изменчива, как луна:
то прибываешь, то убываешь
……..
…И ничтожество, и могущество
тает, словно льдинка.
Судьба, которая то угрожает нам, то тешит нас
напрасной надеждой,
ты вращаешься вечно, как колесо.
Всё преходяще: и беды, и мимолётное благополучие.
О Фортуна,
окутанная мраком, как покрывалом!
Улыбнись и мне!
По твоей вине я проигрался и остался гол.
Но нет! Не выпал на мою долю жребий,
приносящий благоденствие и с ним добродетель.
Удручённый, истомлённый,
я вечно в горе.
Так пощупайте сейчас же,
бьётся ли моё сердце:
судьба сокрушила сильного и отважного.
Плачьте все со мною!
Прим.: рецензия публикуется впервые
Материалы о фильме:
Шилова Ирина. Из знакомой колоды // Видео-Асс Известия. – 1998, № 41 (06). – С. 89.
«И все-таки это игровой фильм, в котором множество замечательно придуманных коллизий, трюков, поразительных мультипликационных этюдов. Но главное не в этом. И даже не в том, что он увлекает, хотя и подобному достоинству могут сегодня позавидовать многие деятели кино…»
Добавить комментарий