Тонкая красная линия / The Thin Red Line (1998)
Полнометражный фильм («Золотой медведь» Берлинского МКФ, номинации на «Оскар», «Сезар»).
США.
Продолжительность 170 минут.
Режиссёр Терренс Малик (номинация на «Оскар»).
Автор сценария Терренс Малик (номинация на «Оскар») по роману Джеймса Джонса.
Композитор Ханс Циммер (номинация на «Оскар»).
Оператор Джон Толл (номинация на «Оскар», почётное упоминание на Берлинском МКФ).
На премию «Оскар» также номинировались: Энди Нельсон, Анна Белмер, Пол «Солти» Бринкэт (звук), Билли Уэбер, Лесли Джонс, Саар Кляйн (монтаж).
Жанр: драма, исторический фильм, военный фильм
Краткое содержание
Бригадный генерал Ховард Квинтард (Джон Траволта) ставит подполковнику Гордону Толлу (Ник Нолти) боевую задачу — отбить у японских войск вулканический остров Гуадалканал, контроль над которым позволяет авиации наносить урон морским коммуникациям неприятеля. Вскоре после высадки на берегу американским солдатам предстоит кровопролитный штурм укреплений, оборудованных на стратегически важном холме.
Также в ролях: Джеймс Кэвизел (рядовой Уитт), Бен Чаплин (рядовой Белл), Элиас Котеас (капитан Джеймс Старос), Шон Пенн (старший сержант Эдвард Уэлш), Вуди Харрельсон (сержант Кек), Джон Кьюсак (капитан Джон Гафф), Эдриен Броуди (капрал Файф), Джон Сэвидж (сержант Макрон), Джаред Лето (2-й лейтенант Уайт), Тим Блейк Нельсон (рядовой Тиллс), Джон Кристофер Рейли (сержант Шторм), Дэш Майхок (рядовой первого класса Долл), Ларри Романо (рядовой Мацци), Томас Джейн (рядовой Аш), Ари Вервин (рядовой Чарли Дейл), Ник Стал (рядовой первого класса Бид), Джордж Клуни (капитан Чарли Бош), Миранда Отто (Марти Белл), Пенелопа Аллен (мать Уитта), Уилл Уоллес (рядовой Хоук).
Евгений Нефёдов, AllOfCinema.com
Рецензия
© Евгений Нефёдов, AllOfCinema.com, 02.06.2026
Авторская оценка 8/10
(при копировании текста активная ссылка на первоисточник обязательна)
Тот факт, что «Тонкая красная линия» /1962/ была впервые опубликована на русском языке в 1983-м году Военным издательством министерства обороны СССР (как и ранее – самый признанный роман Джеймса Рамона Джонса, под названием «Отсюда и в вечность»), говорит о многом. Как минимум, о ценности (в том числе – о ценности практической) наблюдений писателя, в значительной степени опиравшегося на личные воспоминания об участии в Гуадалканальской кампании, носившей кодовое наименование операция «Уотчтауэр» (‘Сторожевая башня’). Наблюдений за поведением и психологией людей в экстремальных условиях боевых действий. Не менее любопытно, что советские литературные критики (в том числе автор биографической заметки в БСЭ) не без оснований отмечали влияние творчества Редьярда Киплинга и Эрнеста Хемингуэя – при явном уклоне в натурализм. В данной связи уместно вспомнить, что своим стихотворением «Томми» /1890/ упомянутый английский прозаик и поэт поспособствовал (наряду с художником Робертом Гиббом) упрочению славы 93-го пехотного полка сатерлендских хайлендеров, чей подвиг в битве при Балаклаве стал символом стойкости и героизма. Парадокс заключается в том, что Джонс обрисовывает картину с противоположной стороны – с точки зрения атакующих войск, прилагающих колоссальные старания, дабы сломить сопротивление обороняющихся солдат Императорской армии Японии, морально и физически измотанных, но всё равно не намеренных сдаваться.
Книга, изобилующая острыми драматическими ситуациями и колоритными характерами, предсказуемо привлекла внимание кинематографистов, однако у Эндрю Мортона1 получилось перенести на кинополотно (в 1964-м году) в лучшем случае несколько сюжетных линий первоисточника. Терренс Малик озвучил желание повторно экранизировать роман ещё на излёте рейганомики – в процессе переговоров с продюсерами Бобби Гейслером и Джоном Робердо, выплатившими авансом $250 тыс. в надежде на то, что легендарный режиссёр прервёт затянувшуюся творческую паузу. Работа над сценарием, включавшая сбор материала из разных областей знаний (от истории до биологии), продвигалась неспешно, однако новость о возвращении мастера произвела на «фабрике грёз» фурор. Ведущие актёры почли за честь принять участие хотя бы в прослушивании! Для Эдриена Броуди стало неприятным сюрпризом, что от большой (поначалу казалось, что главной) роли осталось несколько фрагментов, Джон Траволта и Джордж Клуни вынужденно довольствовались камео, а Микки Рурк, Билл Пуллман, Лукас Хаас так и не увидели себя на экране. Другим «звёздам» (вынесенному в титрах на первое место Шону Пенну, Нику Нолти и, конечно, Вуди Харрельсону в до неприличия трагикомической партии сержанта Керка, по неосторожности подорвавшегося на собственной гранате, словно неопытный новобранец) повезло больше, но… На сеансе не покидает крамольное ощущение, что участь конкретных личностей интересовала создателя киноленты всё-таки не в первую очередь. Неспроста же рядовой Уитт филофски рассуждает про себя, что, «возможно, у человечества одна большая душа на всех, и каждый есть часть другого», что «все лица – это лица одного и того же человека, одного большого «я», однако «каждый ищет спасения сам», точно уголёк, выброшенный из костра. Иными словами, можно смело вести речь о коллективном портрете братьев по оружию, приближающемся к идеалу, озвученному Владимиром Высоцким: «Здесь нет ни одной персональной судьбы, // Все судьбы в единую слиты». В известном смысле (с точки зрения интересов карьеры) Том Сайзмор был прав, отдав предпочтение другому военному фильму – «Спасти рядового Райана» /1998/.
Стивен Спилберг, повествуя о миссии капитана Миллера, выходил на обобщения идеологического и исторического (точнее, историософского) толка, помимо прочего – отстаивая мысль о самоценности отдельно взятой личности. Малик, продолжая заявленную ранее линию, метит в идейном отношении выше – и точно не позволил бы себе пафосных пролога с эпилогом на кладбище, довольствовавшись скромными кадрами места упокоения воинов со стройными рядами крестов. Вспомним, что кадры с раздачей Китом в финале «Пустошей» /1973/ автографов солдатам и офицерам Национальной гвардии были проникнуты предощущением вьетнамской кампании2, а весть о вступлении США в Первую мировую войну логично венчала в «Днях жатвы» /1978/ историю убийцы-беглеца Билла. На сей же раз нас помещают в эпицентр разверзнувшегося на земле ада, пусть рядовой Уитт, подавшись ненадолго в самоволку, и предаётся грёзам об утраченном рае. Погружается в состояние, близкое медитации. Наслаждается морем, ласковым солнцем, живописной флорой и фауной, общением с невинными, точно дети, туземцами. Терренс и оператор Джон Толл умудряются найти время для напоминания о первобытной гармонии даже в разгар кровопролитных боёв, когда земля сотрясается от взрывов, ярко-зелёную растительность покрывает алая кровь погибших и раненых – да и вообще смерть подстерегает любое мгновение и по любой причине (допустим, от перегрева организма вследствие нехватки питьевой воды).
Всё сказанное выше не свидетельствует о приблизительности или невыразительности экранных боевых действий. Отнюдь! В каждый конкретный момент не покидает вера в то, что события примерно так и произошли на затерянном в Тихом океане острове. Бесспорный талант баталиста особенно отчётливо чувствуется в эпизоде выматывающего штурма японского лагеря. Вместе с тем растянутая во времени пограничная ситуация невольно порождает иллюзию проникновения в запредельное, трансцендентное, позволяет ощутить всю полноту экзистенции. Режиссёр выбирает, если угодно, космический взгляд на сущее, когда даже стратегически важная (одна из решающих для исхода сражения гигантских держав) военная операция воспринимается частным случаем – мигом в масштабах вечности. Терренс Малик без видимых усилий уходит в мифологическое (с непременными отсылками в том числе к гомеровскому наследию) или даже прамифологическое мышление, а то и глубже. Присущий эпическому сознанию синкретизм не даёт абсолютизировать ничто из житейской конкретики и одновременно – позволяет в любой мелочи разглядеть проявление великих законов Вселенной. Бесхитростным напоминанием об этом служат финальные образы: парочка попугаев с потрясающе яркой окраской перьев и пробивающийся из воды росток, медленно растворяющийся в темноте (уходящий в ЗТМ). Не могу не заметить, что кинематографист продолжит художественные поиски в данном (в области формы – экспериментальном) направлении, предпочитая всё дальше отстраняться от грубой материи бытия.
.
__________
1 – Между прочим, накануне отвечавшего за американские эпизоды в постановочном боевике «Самый длинный день» /1962/.
2 – Где Джеймс Джонс, к слову, успел поработать в качестве журналиста.
Прим.: рецензия публикуется впервые
Добавить комментарий