Забавные приключения Дика и Джейн (1977): материалы

Канаев Валерий. Джордж Сигал // Спутник кинозрителя. – 1991, № 1. – С. 11.

Джордж СИГАЛ

Согласитесь, с кинозвездой встретиться очень непросто. Взять интервью – еще сложнее. Приехав в Озера – подмосковный город, неподалеку от которого советская независимая киностудия «Вавилон» и американская кинокомпания «Кодиак» снимают фильм «Феофания, рисующая смерть», я, к своему удивлению, получил ответ из группы: «Мистер Сигал готов встретиться завтра после съемок». Так обрадовавшее меня бодрое «после съемок» оказалось долгим ожиданием – с утра шел монотонный серый дождь, и казалось, что ему не будет конца. Почему в кино так бывает: когда нужен дождь – нещадно светит солнце, когда… Невеселые мои размышления прервала переводчица. Мистер Сигал ждет наверху! И, проходя мимо съежившихся от дождя изб, амбаров, церковки, языческого капища – русской деревни XII века, построенной для съемок «Феофании…», я вспоминал «Меморандум Квиллера», где впервые увидел знаменитого американца. Вспомнил еще «Забавные приключения Дика и Джейн» и показанную вне конкурса на одном из Московских кинофестивалей знаменитую ленту Стенли Крамера «Корабль дураков». К моему стыду, это было все, что я видел с участием актера с мировым именем, снявшегося более чем в пятидесяти фильмах. И у каких режиссеров! Впрочем, большинство из нас (какая у нас там «собственная гордость»?) мало что видели из настоящего кино.

…За сколоченным из досок столом сидел косматый, очень крупный мужик в домотканом кафтане, кожаных сыромятных сапогах. Курил сигару и наигрывал на банджо. Встретив мой удивленный взгляд, Сигал улыбнулся, поздоровался. «Владимир сказал, что дождь вот-вот кончится, и мы начнем снимать». Он, как и режиссер-постановщик «Феофании…» Владимир Алеников, как и вся группа, был полон нетерпения начать съемку очередного эпизода И я понял, что нужно спешить – вдруг и правда дождь кончится? В кино всякое бывает…

– Мистер Сигал, наши зрители, к сожалению, мало что о вас знают. А им бы хотелось знать все…

– Тогда с самого начала, да? Я родился в маленьком городке в тридцати милях от Нью-Йорка. Отец был пивоваром, мать – домохозяйкой. Нас три брата, я – младший. Кстати, поверьте, девяносто восемь процентов актеров – это младшие братья. У меня было хорошее детство, и было все, что нужно мальчишке – велосипед, собака… Как-то раз отец принес игру – маленький театр марионеток. Какие представления мы устраивали дома! Еще больший успех имел другой подарок отца – гавайская гитара. Наверное, тогда и началось мое увлечение джазом, банджо. Это был добрый старый джаз в духе Дюка Эллингтона. После второй мировой в Америке джаз был на подъеме. К тому же, на меня сильное влияние оказал пришедший с войны брат, который пел в джаз-квартете в Италии, где он воевал.

– И все-таки вы стали не джазменом, а актером. Когда началось ваше увлечение кинематографом?

– Может быть, это началось в то далекое время, когда мои друзья играли во дворе, а я по четыре раза подряд ходил в кино на один фильм. Вестерны сороковых – они не давали мне покоя. Был такой фильм – «Это ружье надо взять в аренду». Какой там был герой-супермен! Я даже точно такую накидку носил, как он. Это казалось мне тогда главным в жизни.

– С чего же началась карьера актера Джорджа Сигала?

– О, только не смейтесь, она началась с уборки туалетов в одном из кинотеатров Нью-Йорка. Потом работал дворником в театре на Бродвее и был во втором актерском составе. Играть мне удавалось не часто – актеры редко болели. Пожалуй, лучшей моей актерской работой тогда была одна из ролей в пьесе Юджина О’Нила «Разносчики льда».

– Ваши родители не были против того, что вы работали дворником в театре?

– Отец к тому времени умер, а мама ничего не имела против.

– Потом…

– Потом – два года армии. После армии – роли в театре, на телевидении. И все чаще и чаще – в кино.

– Просто и гениально, как сказал бы герой нашего популярного юмористического романа. Наконец у вас появилась возможность выбирать роли. И, возможно, отказывать кому-то?

– Я никогда не выбирал, выбирали меня. Моя судьба –  всегда в руках режиссера Но у тех, кто меня выбирает, правда хороший вкус? (Здесь пришлось вспомнить, что привлекательность киноперсонажей Сигала шестидесятых сделала актера для критиков своеобразным воплощением образа «среднего американца». Честное слово, мы разучились беззаботно и заразительно смеяться. И я тоже решил пошутить.)

– Скажите, Джордж, тяжело нести бремя славы?

– Мне это нисколько не мешает жить. Я думаю, что существует большая разница между американскими актерами, которые начинали в нью-йоркских театрах, и теми – кто в Голливуде. Например, ньюйоркцы Роберт де Ниро, Аль Пачино – они никогда не отрываются от земли. Я уже двадцать пять лет в Голливуде но чувствую себя ньюйоркцем.

– Я слышал, что ваши родители – родом из России?

– Нет, мои родители американцы. А вот дед и бабка – родом из-под Минска. Они приехали в Америку еще в конце прошлого века. Снимаясь в «Феофании…», я почувствовал себя немного больше русским. Здесь, на съемках старинной русской истории, я получаю большое удовлетворение. Работа сближает меня с прекрасными людьми. И знаете, поехать в Москву или Ленинград может любой турист. А здесь я вижу настоящую жизнь в России…

Джорджа Сигала уже звали на площадку – дождь, вняв общим мольбам, действительно кончился.

– Джордж, последний вопрос. Только честно: съемки здесь сильно отличаются от голливудских?

– Все что происходит на съемочной площадке, мне всегда напоминало те фантастические и абсурдные ситуации, в которые попадают герои великолепных американских комиков братьев Маркс. Сейчас это русский вариант. И мне очень приятно было узнать, что в России кино снимают так же, как у нас…

И снова – ослепительные звездные тридцать две и передо мной уже огромный, неистовый язычник староста Григорий, бредущий с посохом по российской грязи. К художнице и колдунье Феофании. Навстречу русскому варианту…

Беседовал Валерий Канаев

11